— Пятьдесят один миллион раз, дамы и господа! Пятьдесят один миллион два! Пятьдесят один миллион три! — молоток ударил о деревянную подставку, ознаменовав конец торгов, — продано неизвестному господину за пятьдесят один миллион!

От собравшихся прокатилась волна дежурных аплодисментов, поздравлявших победителя. Лишь участвовавшие в торгах китаец и женщина стояли и буравили Брэя своими взглядами. Правда, они практически сразу же смягчились, когда поняли, что рядом с ним стоит Озаракх и мило помахивает ладонью им обоим. Китаец фыркнул и отвернувшись пошёл в сторону выхода с аукционного двора. А женщина, Пирс всё ещё не мог поверить в то, что это была сама Елизавета Ван Дорф, с вымученной улыбкой подняла бокал, признавая его победу.

— Почему вы это сделали? — спросил он, повернувшись к стоявшему рядом с ним Хазани.

— А почему нет, — пожал плечами Озаракх, — у меня нет никакого желания ссориться с Федерацией. Вам нужна была информация? Я её вам предоставил. Нужен был меч Керенского — я помог вам его заполучить с меньшими тратами.

— И за каждую «услугу» вам было заплачено, — Брэй смотрел за тем, как клинок сняли с поставки и убирали в чехол из чёрной ткани.

— Всё в нашем мире чего-то стоит, мистер Пирс. У всего есть цена. Давайте просто будем считать, что это мой вклад в наши дружеские отношения. Ведь ваше начальство частенько закрывает глаза на маленькие проделки в нашем регионе.

— Это я и без вас знаю, — отвернувшись проворчал Пирс.

— Дамы и господа! — распорядитель аукциона повысил голос, привлекая к себе внимание, — нам предстоит сделать небольшой перерыв, и господин Хазани хочет показать вам небольшое представление…

— Представление? — Брэй скептически посмотрел на Озаракха.

— Народ жаждет хлеба и зрелищ, мистер Пирс. Хлеба и зрелищ. Пойдёмте, скоротаете время пока мои люди будут подтверждать перевод. Я распоряжусь, чтобы клинок принесли лично вам в руки.

Люди Хазани начали собирать гостей и приглашать их следовать за собой, обещая увлекательное зрелище.

Трое громил грубо выволокли Алекса из клетки и куда-то потащили.

Он не сопротивлялся, как пытались это делать другие несчастные, которых вытаскивали из соседних комнат, где стояли такие же клетки, в какой совсем недавно сидели и сам Алекс. Люди кричали, брыкались и упирались, хватаясь руками за всё, что только можно. Один, особо упорный араб, вцепился руками в торчавший из каменного пола и упиравшийся в потолок столб. Его панические крики разносились по подземелью, эхом ударяясь о каменные стены подземелий дворца. Головорезы Хазани не стали тратить своё время на уговоры несчастного. Ударами ног они попросту сломали ему руки, и потащили скулящего от боли мужчину за ноги.

Алекс же молчал, крепко стиснув зубы, позволяя этим амбалам вести себя. За его спиной, на голом каменном полу клетки, остались кусочки пластика, от разломанной декоративной заколки.

Через пол минуты, петлями по каменным коридорам, его и других несчастных, которых набралось восемь человек, вытолкнули под льющийся с потолка свет ярких лам ламп. После плохо освещённых коридоров, этот свет показался ему ослепительным. Алекс даже заморгал, пока глаза привыкали к яркому свету расположенных над головой ламп.

Как только его зрение наконец пришло в норму, то он понял, где именно все они оказались. Просторная, круглая и усыпанная песком арена, диаметром около двадцати метров. По краям поднимались четырёхметровые стены, оканчивающиеся ограждениями. А ещё, Алекс увидел людей. Десятки людей в дорогих одеждах с золотыми масками на лицах, которые стояли по периметру арены, глядя на собравшихся внизу несчастных пленников Озаракха.

За спиной Алекса опустилась толстая, собранная из кованных металлических прутьев решётка, отсекая последний путь к спасению.

Выкинутые на Арену пленники кричали. Кто побежал к стенам арены, спотыкаясь и падая на песке. Люди бросились на камень, пытаясь забраться на верх. Крича мольбы о спасении пополам с проклятиями, смотрящим на них людям.

Первым делом Алекс сорвал с себя верхнюю одежду. Традиционное платье слуги, в которое Имир заставил его переодеться полетело на песок. Следом отправилась идиотские туфли с загнутыми носами. Перехватив зубами край длинной и широкой ленты, которая раньше выполняла роль пояса, Алекс принялся наматывать её на правую руку, не сводя глаз со ставшего на парапете над ареной мужчины. Озаракх о чём-то разговаривал с высоким, мужчиной, одетым в чёрный костюм тройку. Как и все присутствующие, он носил золотую маску, что скрывала его лицо.

Мужчина что-то произнёс в ответ и Хазани рассмеялся, проведя рукой над ареной.

— Смейся, смейся, сраный ты обмудок. Посмотрим, как ты будешь веселиться, когда я до тебя доберусь, — прошипел Алекс сквозь зубы, затягивай узлом край ленты и фиксируя её на руке.

Боль от гибели Имира всё ещё разъедала сердце. Единственный, на кого Алекс мог рассчитывать — мёртв. Почему это произошло? Ведь он так был уверен в своей правоте. В том, что для Хазани жажда наживы будет преобладать над личной неприязнью. И глядя на его уверенность, Алекс и сам поверил в этот план.