Именно так Анна и поступила, начав двигаться по проходам между модулями. Отправляя саркофаг в полёт, она отталкивалась от очередной балки или страховочной скобы, и следом за ним преодолевала отрезок свободного пространства.

При этом чёрный гроб постоянно норовил врезаться в корпус, или застрять в узком месте. Всю дорогу Анна ругала себя, отлично понимая, несмотря на то что она сама не слышит производимого шума из-за космического вакуума, но в отличии от неё обитатели станции отлично слышат скрежет и удары, гулко раздающиеся внутри.

Кроме того, саркофаг дважды чуть не улетел, и лишь призывы начинавшего ругаться ИскИна позволяли уставшей Анне вовремя реагировать, ловя неповоротливую тушу в самый последний момент. Нанесённые аэрографией ещё на земле, номера секторов мелькали на корпусах всё ближе приближая Анну к месту назначения.

Когда между двух грузовых платформ она наконец увидела цифру «2», нанесённую через обычный трафарет, на давно законсервированный переходной модуль, то невольно улыбнулась от накатившей волны радости. После этого даже оставившие её силы, начали возвращать, подготавливая замученное тело сделать последний рывок.

Пролетев между необитаемых платформ с прикреплёнными к ним контейнерами, Анна прижала модуль к выемке, предназначенной для груза, и открепив от корпуса специальную страховочную стропу, до конца затянула замок. После этого с её плеч будто свалился неподъёмный груз.

Освободившись от обязанности следить за неповоротливым саркофагом, Анна посмотрела на шкалу обозначавшую наличие дыхательной смеси, только что разменявшую последний час, и решительно полетела вдоль ряда модулей российского сектора.

Облетев стороной светившийся иллюминаторы огромного блока модулей, образовывающих оранжерею биолаборатории, она преодолела расстояние в сотню метров, и почти добралась до пункта назначения, находящегося в нескольких сегментам от вполне целого веера солнечных батарей, венчающих второй сектор гигантской снежинки. И только когда до специального модуля связи оставалось метров десять, она в слабом свете луны рассмотрела повреждения.

Многочисленные пробоины на корпусе модуля, свидетельствовали что его расстреляли снаружи. Скорее всего из электромагнитного оружия крупного калибра. Причём стреляли явно расчётливо, тщательно выбирая направление полёта бронебойных снарядов, дабы случайно не повредить соседние сегменты и модули.

Две внешние антенны были тоже повреждены, и теперь походили на развороченный блок, состоявший из кусков корпуса и скрученных проводов.

Но откуда они знали, что кто-то может прилететь извне, и попытаться подключиться к прямой линии, связывающей российский сектор станции с Землёй? – безответный вопрос родился в голове, заставив Анну застыть на месте. При виде пробитого модуля она едва не заплакала от досады, и лишь воспоминания о пережитых накануне злоключения заставили её не пустить слезу.

Подлетев поближе, она осмотрела рядок ровных пробоин, пересекающих крест-накрест российский триколор, а затем прильнула к иллюминатору, и заглянула внутрь, словно ища ответ на рождающийся ворох вопросов.

Сначала она ничего не увидела, в кромешной тьме полностью обесточенного отсека, но потом Анна активировала ночное видение визора скафандра, и на щиток шлема спроецировалось чёрно-белое изображение, имеющее неприятно зеленоватый оттенок.

Посмотрев пару секунд, Анна отпрянула от иллюминатора, а затем часто задышав, снова к нему прильнула. Теперь ей стало ясно, что здесь произошло часов двадцать назад. Тела трёх мёртвых космонавтов висели в полной невесомости. А остекленевшие глаза доктора наук Егоровой, налились замёрзшей кровью, и безотрывно смотрели на иллюминатор, с другой стороны.

И всё-таки ужасная картина выбила пару слёз. Развернувшись, Анна медленно полетела в сторону прикреплённого саркофага, отлично понимая, что весь план Альфы накрылся медным тазом.

Пролетая мимо огромного модуля оранжереи, она лишь в последний момент заметила движение в одном из продолговатых иллюминаторов и остановилась. Впрочем, как оказалось сделать это вовремя она не успела, и влетела в луч электрического света, бьющий изнутри отсека словно обычный свет из окна.

Приглядевшись сквозь сетку трещин, она увидела озадаченное чернокожее лицо, и поняла, что теперь её миссия точно провалена.

2021 год. «Северский»

Северскому казалось, что четвёрка угрюмых бойцов не только постоянно носят бронежилеты, и стилизованную под спортивную одежду кевларовую спецовку, но и спят в амуниции, в обнимку с короткими автоматами.

Неразговорчивым спецы располагались в соседней квартире, и попарно следили за мониторами, отображавшими картинку с дюжины камер наблюдения, расположенных по всей Москве. А Северский с Толиком устроились в небольшой скрытой комнате, располагавшейся в апартаментах, напротив.