— Принял к сведению, — ответил я.

К счастью, мой дом был в поле зрения, и этот разговор можно было закончить.

Мы молча подбежали к тротуару и, подойдя к двери, замедлили шаг. Как раз перед тем, как моя рука коснулась ручки, чтобы открыть дверь и войти внутрь, Уэст сказал еще одну вещь.

— Даже если Ретт этого не делал, ей все равно было всего лишь пятнадцать. Ему не следовало оставаться с ней наедине.

Я остановился. Я знал, что Ретт это сделал. Но он был прав. Даже если бы он этого не делал, ситуация все равно выглядела плохо. Ретт не должен был связываться с ней, и все знали, что он спал с другими девочками в нашем классе. С Сереной, если быть точным. Да, он не брезговал этим.

— Да. Я знаю. Но он это сделал, — это все, что я сказал, прежде чем вошел внутрь, где пахло печеньем и колбасой.

— В твоем доме всегда пахнет едой. Мне здесь очень нравится, — сказал Уэст, когда мы шли на кухню.

— Это потому, что ты приходишь только в обеденное время.

— Когда не время обедать, то пахнет печеньем.

Я рассмеялся, когда мы вошли в кухню и, увидел маму в фартуке и Мэгги, которая намазывала масло на печенье. Она подняла глаза и встретилась взглядом с Уэстом, прежде чем улыбнулась.

— Вкусно пахнет, мам, — сказала я ей, не обращая внимания на голубков и направился к холодильнику за молоком.

— От вас двоих воняет, — ответила она. — Хорошо пробежались?

— Разбудил меня, — сказал я.

Уэст усмехнулся и сел. Я не смотрел в его сторону, но чувствовал, что Мэгги изучает нас обоих. Она хорошо владела языком тела и достаточно скоро все выяснит.

— Айви приходила вчера. Я забыла сказать тебе, когда ты вернулся домой вчера вечером. Она оставила тебе булочки с корицей. Я положила их в холодильник.

Моя мама знала о моих проблемах с Айви, но она напоминала мне о том, что нужно быть с ней добрым. Хотя дать понять этой девочке, что она тебе не нужна, сложно, оставаясь при этом добрым.

— Она должна прекратить это делать, — сказал я раздраженно ворча.

— Мне нравятся булочки, — весело ответила Мэгги.

— Ну, ты можешь взять их себе, — сказал я ей.

— А ты поделишься со мной? — Спросил Уэст.

— Конечно. Я не могу съесть их все.

Я закатил глаза в ответ на их попытку пошутить и поставил перед собой тарелку, прежде чем мама успела это сделать.

— Спасибо, что приготовила, — сказала я ей, а затем сел, чтобы насытиться после того, как сжег все калории.

— Как ты думаешь, она могла бы еще принести немного того карамельного пирога, который готовит ее мама? — Поддразнил Уэст.

Я проигнорировал его.

— Не мешало бы спросить, — добавила Мэгги.

— Ладно, вы двое, перестаньте доставать Брейди, — сказала мама с улыбкой в голосе.

Она похлопала меня по спине.

Я сомневался, что Райли когда-нибудь принесет мне еду, и меня это устраивало.

Найди Томаса

ГЛАВА 25

РАЙЛИ

После обеда у меня зазвонил телефон. Я как раз собиралась сводить Бриони в парк. Имя Брейди высветилось на экране, и на моем лице появилась улыбка. Одно только его имя заставило меня улыбнуться. Я слишком увлеклась им. Это может плохо кончиться, и я могу пострадать.

— Привет, — сказала я, выходя на улицу подальше от ушей моей семьи.

— Привет, чем ты сегодня занимаешься?

— Ну, мы с Бриони устроили пикник на заднем дворе, а теперь готовимся к прогулке в парк. Мне также нужно купить в продуктовом магазине молоко и яйца для мамы.

Говорить с ним о моем распорядке дня было немного неловко. Как бы небрежно я ни пыталась произнести все это, мне казалось, что я описываю нечто настолько чуждое ему, что он не поймет.

— Похоже, расписан целый день. Думаю, не слишком холодно для пикника под солнцем, — ответил он.

Это был такой ответ, когда не знают, что еще сказать. Он ничего не понимал в том, как заботиться о ребенке.

— Чем ты занимаешься? — Спросила я, пытаясь сменить тему на другую.

— Уэст разбудил меня сегодня рано утром, чтобы я побегал, потом мы позавтракали и посмотрели видео с пятничной вечерней игры.

Он не сказал мне, чем собирается заниматься дальше. Не то чтобы это было мое дело.

— Я не бегала по утрам уже два года, — ответила я, вспомнив, что когда-то была в легкоатлетической команде. Мне это нравилось. Часть меня скучала по этому.