— Он не пропускал прошлый королевский турнир, вряд ли и этот пропустит. Уверен, Бео снова войдёт в пятёрку лучших.

— А что Грасо из Близанта? — вмешался третий товарищ.

— Слышал, он подался в авантюристы, на одном из заданий получил проклятье, так что пока ему не до светских развлечений.

— Рано списывать Грасо со счетов. Я вот слышал он достиг ранга Герой!

— Ни он один. — пожал плечами усач. — Барк из Адельгью тоже.

— Тот одноухий эльф?! — казалось, удивился один из стоявших в очереди.

— Ага. Ухо-то у него одно, а слух острее зверя! Молва ходит, кто-то ночью хотел атаковать их лагерь, так Барк раскрыл ночную атаку ещё за сотню метров.

— Не хотел бы встретиться с ним в бою…

— А нам и не придётся! — успокаивающе хлопнул его товарищ по плечу. — Бои элиты и ведутся среди сильнейших, нам же достанутся соперники попроще. Вон те, например, — указал он на стоявших Аполлона и Зархана. — Молодёжь, вы ведь тоже в турнире участвуете?

— Нет. — Аполлон ответил первым, не то Зархан точно наломал бы дров и подвязал их на состязание. Хотя демон не лучше… — Мы можем надрать вам задницу и сегодня. Даже сейчас.

— Ха-х! Братец! Ты как всегда точен и верен в своих словах! — оскалился Зархан. Зверочеловек держал ярость при себе, поэтому и его зрачок был обычной формы. Если бы не Аполлон, он точно бы вспылил.

Мужики переглянулись и захохотали…

— А у вас есть яйца!

— Ага! Молодцы, ребятишки! Настоящие мужи Нефердорса!

— Не всё потеряно с новым поколением! Ох, не всё, братья! — высказался и третий.

После этого мужики отвернулись и принялись промывать кости наместнику и прибывшей делегации Харвуса.

Через сорок минут ребята дождались очереди сделать заказ. Во дворе за ними собралось ещё больше людей, но внутри здания — пристройки кузницы было просторно и даже спокойно. Представитель кузнеца стоял за деревянной стойкой и всем своим видом показывал готовность выслушать любой каприз, а там уж исполнить его или нет — решать только мастеру.

— Чего изволите, молодые люди?

— У вас имеются инструменты для обработки земли? — задал вопрос Зархан.

Продавец легонько изогнул бровь, показав некое удивление и даже замешательство.

— Что именно вас интересует?

— Мотыги, лопаты. — обыденно перечислил наследник и добавил:

— Женщины.

Продавец приподнял бровь, потом осознал, что это шутка, но не ответил, только достал из-под прилавка потрёпанную тетрадь. Раскрыл её, внимательно повёл пальцем.

— Мотыга — полтора серебра. Лопата — два.

— По две той и той.

— Минуту.

Продавец удалился, но в зале ещё оставался юный мальчишка лет двенадцати. Он то и спросил Зархана:

— Дядь, вы мотыгой будете сражаться?

— Ага! — улыбнулся ему наследник. — И враги наши полягут, тут главное правильно ударить! — махнул он ладонью.

— О… — удивился пацан. — А это как, дядь?

— Под корень! Вот так! Ча! Ша! — замахал зверочеловек ладонями, показывая как будет разбираться с сорняком.

— А меч тогда зачем?! — ткнул пацан пальцем на пояс и ножны Зархана.

— Так это для плохих детишек. Кто папку не слушает, тому ша! Ча! И всё. Кровушка.

Малой раскрыл от страха глаза и убежал:

— А-а-а! Ма-ма-а-а!

— Хы-х! — улыбнулся Зархан. — Какой мягкотелый мальчишка.

В зал прошёл продавец с сельскохозяйственным инвентарём.

— Ваши инструменты.

— Отлично. Ваша оплата. — отсчитал наследник серебряные монеты перед внимательным взглядом торговца и забрал товар.

Молодые нелюди покинули сие заведение и направились на поиски ателье либо лавки портного, но при этом отыскивали взглядом и палатку с одеждой, в ней тоже можно было закупить сменную одежду.

— А ну-ка! Стоять!

Из двора кузницы выскочила высокая женщина с молотом в руке. Безрукавка, дублённые штаны и тканевый обод на чёрных волосах. Она была на голову выше Зархана, а её грудь и задница были как у профессиональной регбистки. При всё этом довольно симпатичное лицо, которое местами было в саже:

— Ты моего сына обидел?! — зыркнула она опасно в сторону наследника.

Тот мужским взглядом оценил её внешность и состроил виноватое лицо:

— Прости, красавица, я.

Ремесленница выбегала с кузни на эмоциях и совсем не ожидала чистосердечного признания. Поэтому даже растерялась. Как теперь наказать этого юнца?