– Не ори, шальная. Не поздно, аж завтра?

– А будете так разговаривать со мной, сделаю вообще через три дня!

– Я рад, что ты понимаешь, насколько здесь задержишься. Действительно, не день и не два.

– Макс, что-то твоя врачиха совсем окосела, - ухмыльнулся второй бугай, вернувшийся с улицы с горкой дров.

– А вы хотели, чтобы я после ночной смены плясала перед вами?

Они вдвоем напряглись и переглянулись. Два дурака.

– Ты че, после работы? А че молчишь? Спать пошла!

– Что?
– непонимающе уточнила я, и тут же прикрыла зевок ладошкой.

– К Грише в комнату.

– Еще чего?

– Не ссы, там отдельная кушетка есть. Грише сейчас не до секса!

Я бросила на них косой взгляд и поднявшись с табуретки, прошла в единственную комнату в этом доме. Да уж, веселье намечается то еще.

Прикрыв дверь, я отодвинула штору и посмотрела в сторону раненного. Гриша по-прежнему спал после наркоза, и наверняка проспит до утра. Что было бы хорошо, а то мало ли с дуру начнет приставать. А мужчина-то вон какой, крепкий, накачанный, я бы даже сказала очень накачанный.

Взглядом прошлась по его мощным рукам и закатав губу, одернула себя. Нечего слюни пускать. Он же бандит! А бандиты не бывают хорошими.

Устало вздохнув, бросила взгляд на наручные часы. Три часа дня. Совсем скоро темнеть будет. пора отдохнуть, иначе я с ума сойду.

На кушетке лежала подушка и теплый плед. Ну, и на этом спасибо.

Сбросила ботинки и улеглась под плед, отвернувшись лицом к окну. Как не крути, а здесь нереальная красота. Густой лес, снег и тишина. Жаль, что при таких обстоятельствах я здесь оказалась.

Нужно позвонить Виктории Семеновне, и сообщить, что меня на операции не будет, - подумала я, и тут же провалилась в сон.

Очнулась, когда за окном было совсем темно, а разбудили меня стоны моего пациента.

– Черт, где же тут свет включается, - я на ощупь едва ли смогла отыскать выключатель, порадовавшись, что здесь вообще есть электричество.

Несколько долгих секунд пыталась привыкнуть к яркому свету, и тут же бросилась к Грише. Приложила ладонь ко лбу, и поняла, что у него поднялась температура. Не высокая, но измерить надо. Отыскала взглядом свой чемоданчик, и достав градусник, сунула его мужчине. Но с учетом того, что он все еще спал, измерять температуру было не просто, приходилось держать градусник.

В комнату вошел один из амбалов.

– Что с ним? Чего стонет?

– Температура поднялась. Не критическая, не переживайте.

– С чем это связано?

– С операцией. Говорите тише!

Я достала градусник, и хмыкнула. Чего и следовало ожидать.

– Мужчина, одним словом.

– Что там?

– Тридцать семь и два.

– А чего тогда стонет?

– А у вас мужчин разве бывает иначе? Маленькая температуры, и вы уже умираете, - хмыкнула я, и убрала градусник обратно в чемодан.
– Где у вас здесь туалет?

– На улице. Пошли проведу.

– Я сама не дойду? Или боитесь, что сбегу посреди ночи в лес?

– Ну иди. Свет включу только. Увидишь светящиеся глаза вдалеке, беги в дом.

– Вы о чем?
– я напряглась, кутаясь в теплый кардиган.

– Волки у нас ходят, Ниночка.

Господи, только этого мне не хватало.

– Так что, сама дойдешь, или проводить?

– Ладно! Но только посмейте покуситься на мою честь, и я убью вас.

Мужик хмыкнул, и бросив взгляд на Гришу, вышел из комнаты.

Я выдохнула. Час от часу не легче.

Надев теплый пуховик, я накинула на голову капюшон, но не нашла свои сапоги.

– Вот, в комнате были.

– Да, точно. Я же спала. Спасибо.

Обулась и вышла на улицу. А мороз вечером крепчает.

Как не крути, а здесь хорошо! Красиво и свежо. Страшно представить, какая красота здесь летом.

Быстро сделав свои дела, я медленно, рассматривая красоту при свете луны побрела в сторону дома. Бандюга ожидал меня около порога. Тоже мне, цаца, еще бы на километр ушел.

Сделав еще один шаг, я услышала громкий вой волка. Замерла на месте, и тяжело сглотнула. То есть, он не пошутил?

– Я же говорил, - произнес дядя, и достал из-за спины пистолет.

Я округлила от шока глаза.

Он хочет его убить?

– Уберите пистолет, - прошипела я так, чтобы мужчина услышал, а волк нет.

– Дурная совсем? Он же напасть может.

– Уберите, пожалуйста, пистолет!
– снова прошипела я, выговаривая каждое слово буквально по слогам.

– Вот же… - выругался Максим, но все же послушал меня, и убрал пистолет за спину.