– И вы согласились?
– спросил Вулф.

– Да. Она прислала заверенную у нотариуса доверенность на мое имя с разрешением просмотреть все его личные вещи. Полиция, позвонив миссис Микер и удостоверившись, что такова и впрямь её воля, выдала мне ключи от его квартиры, и я отправился туда вместе со своей помощницей, Лаурой Пайл. Грустное ощущение, скажу я вам, словно по кладбищу бродишь. В итоге мы с Лаурой упаковали всякие его личные вещи и пожитки в два ящика и отослали их в Индиану. Его часы, несколько колец и запонок, вырезки с рецензиями и отзывами, альбомы с семейными фотографиями, выписки из банковских счетов и ценные бумаги. Сейф он, оказывается, держал в Индиане, в своем родном городе.

– А жизнь свою мистер Чайлдресс не страховал?

– Нет, ни на цент, - с недовольством в голосе ответил Винсон.
– Пару лет назад это всплыло в одном из разговоров. Я ведь относился к Чайлдрессу - и некоторым другим нашим молодым авторам, - как к собственным детям. Вскоре после того, как он заключил с "Монархом" контракт, я спросил, как он собирается обеспечить свое будущее. Бесцеремонно, может быть, но я не раз сталкивался с писателями, которые на закате жизни оставались нищими как церковные мыши. Чарльз сказал, что вложил кое-куда определенные средства, но, выслушав про страхование жизни, только рассмеялся. Больше мы к этой теме не возвращались. Он заявил, что кроме как о самом себе, заботиться ему больше не о ком.

– Возможно, он изменил свое мнение после помолвки с мисс Митчелл? поинтересовался Вулф.

– Не думаю, - ответил Винсон.
– Когда он возвестил, что собирается жениться, я снова завел разговор о будущем, но Чарльз отмахнулся. Сказал только, что на собственные похороны ему хватит. А похоронить его можно и на земле горшечника.* Тогда это звучало как шутка.

Вулф втянул в себя воздух, затем с шумом выпустил его через ноздри.

– Что осталось в его квартире?

– Вся его одежда и книги, например. Его тетка не захотела их забирать, и я договорился передать все в Армию спасения. Еще - персональный компьютер. Его продадут, а вырученные деньги перешлют в Индиану. Несколько недель назад Чарльз сказал мне, что уже почти закончил вчерне очередной роман про Барнстейбла и - я понимаю, это звучит диковато, - мы хотим _________________

*Земля, купленная за 30 сребреников Иуды для погребения странников. попытаться опубликовать его. Я ещё не видел материала, но в ближайшие дни займусь этим. Разумеется, наследники получат свою долю от прибыли.

– Вы можете устроить, чтобы мистер Гудвин побывал у него на квартире?
– спросил Вулф.

– Конечно, никаких проблем. А вы уже представляете, что хотите найти?

– Нет. Любитель копаться в чужой грязи должен всегда рассчитывать на сюрпризы. Сожалею, мистер Винсон, но должен сейчас заняться другими делами. Однако мистер Гудвин слушает нас по параллельному телефону, а ему нужны некоторые сведения о людях, с которыми он должен в ближайшее время встретиться.

Вулф положил трубку, а я взял бразды правления в свои руки, узнавая у Винсона нужные адреса, а в некоторых случаях и телефонные номера. Винсон пообещал отправить ключи от квартиры Чайлдресса с посыльным. Я поблагодарил его, присовокупив, что вскоре кто-то из нас с Вулфом с ним свяжется.

– Итак, чем порадуете?
– спросил я Вулфа, разворачиваясь лицом к нему на своем вращающемся стуле.
– Что случилось за время моей отлучки?

Вулф наполнил стакан пивом и уставился на пену.

– Минут через десять после твоего ухода появился мистер Кремер, как всегда крайне раздраженный. Из-за твоего вчерашнего звонка сержанту Стеббинсу он предположил, что мы заинтересовались смертью мистера Чайлдресса, и был этим весьма возмущен.

– Вполне в его духе.

– Да. Вдаваться в излишние подробности я не стану, но он обвинил меня в некорректном ведении бизнеса - дескать, я придумываю убийства; высасываю их из пальца, там где ими и не пахнет.

– Обычная история, - пожал плечами я.

– Я не стал оправдываться, напоминая ему, что не мы разработали теорию расследования убийства. Однако Кремер продолжал свои нападки, пока уже не настал мой черед возмутиться. На мой взгляд, тут он допустил просчет.

– Главное, что наш банковский счет пополнился, - услужливо напомнил я.

– Инспектор швырнул сигару в корзину, - продолжил Вулф, - как всегда промахнулся и в гневе вышел. Даже ни разу не улыбнулся.

– А кто подобрал окурок?
– полюбопытствовал я, кинув взгляд на корзину для мусора.
– Обычно этим занимаюсь я.

– Я сам, - ледяным тоном произнес Вулф.
– Пришлось затем дважды руки мыть.

– Да, - сочувствующим тоном произнес я, - вы пережили настоящее стихийное бедствие. Представляю, как Кремер допек вас. Так, что дальше?

– Докладывай.

Я отчитался о своих достижениях, начиная с похода к Лону Коэну. Выслушав меня, Вулф от души нагрузил меня поручениями. Первое состояло в том, чтобы отправиться на квартиру покойного Чайлдресса и устроить наитщательнейший обыск, хотя, как ворчливо заметил Вулф, "вся эта шайка-лейка, и в том числе наш доброжелательный клиент, уже наверняка уничтожили любые следы, которые мог оставить убийца". Затем мне предстояло навестить Дебру Митчелл, невесту Чарльза Чайлдресса, которая, как рассказал Винсон, занимала пост вице-президента по общественным связям в Джи-Би-Си "Глобал Броадкастинг Компани", - одном из телевизионных китов, формирующих нашу культуру.