– А это кто?
– выпалил Отт, указывая пальцем на Кремера и Стеббинса?

Вулф пригвоздил его к месту испепеляющим взглядом.

– Я как раз собирался это сказать, сэр. Джентльмен в коричневом костюме - инспектор Кремер, глава отдела тяжких преступлений Главного управления полиции Нью-Йорка. Рядом - его помощник, сержант Стеббинс.

– А они-то что здесь забыли?
– визгливо выкрикнул Уилбур Хоббс.
– Меня не предупредили, что у вас тут полицейское дознание!

– Это вовсе не так, - сказал Вулф, звоня, чтобы принесли пиво.
– Я лично пригласил их прийти. Их услуги пригодятся нам, прежде чем мы разойдемся.

– В каком смысле?
– процедила Патрисия Ройс. Это были её первые слова после прихода.

– В том, что я, как уже сказал, собираюсь в вашем присутствии изобличить убийцу мистера Чайлдресса, - сухо ответил Вулф.

– Так изобличайте же, приятель!
– пролаял Биллингс.
– Или у вас повременная оплата?

– Черт побери, зря вы его отвлекаете!
– не выдержал Кремер.
– Мне не впервой присутствовать на его представлениях - он не отступает от своего плана ни на дюйм. Он ведь упрям, как миссурийский мул.

– А я считаю, что вы, как крупный полицейский чин, имеете право сразу узнать - кто преступник!
– громогласно вставил Хоббс.

– Раз уж я готов потерпеть несколько минут, то уж вы и подавно, возразил Кремер, заметно побагровевший.

– Благодарю вас, - ледяным тоном произнес Вулф, наполняя стакан пивом.
– Итак, мистер Винсон обратился ко мне вскоре после смерти мистера Чайлдресса с просьбой провести расследование. Он возражал против версии самоубийства, и я очень скоро согласился с ним. Довольно быстро выяснилось, что в истории жизни и смерти мистера Чайлдресса, образно говоря, отсутствует одна глава. Прежде всего, многие люди питали к покойному недобрые и даже враждебные чувства, одни в большей степени, другие - в меньшей. Насколько мне известно, эти люди сейчас здесь.

Патрисия Ройс содрогнулась.

– Питающие враждебные чувства, как вы выразились, вовсе не обязательно расстреливают своих недругов, - проворчал Франклин Отт.

Вулф в ответ только презрительно фыркнул.

– На раннем этапе моего расследования знакомая мистера Гудвина предположила, возможно, в шутку, что все вы, за исключением мистера Винсона, сговорились, чтобы устранить мистера Чайлдресса. Я вкратце...

– Это... просто чудовищно!
– завопила Кларисса Уингфилд, потрясая сжатыми кулачками. Глаза её метали молнии.

– Точнее было бы сказать "претенциозно", мисс Уингфилд, - поправил Вулф.
– впрочем, я очень быстро откинул эту версию. Затем я начал один за другим анализировать причины, которые могли побудить каждого из вас желать смерти мистеру Чайлдрессу.

– Это что ещё за причины?
– резко спросила Патрисия Ройс. Похоже, она уже овладела собой.

Вулф допил пиво и поставил стакан на стол.

– Мадам, насколько мне известно, троих из присутствующих здесь людей обвиняют в убийстве мистера Чайлдресса. Причем двое обвиняющих находятся сейчас в этом кабинете.

– Я вам не верю!

Вулф небрежно махнул рукой.

– Я упомянул это лишь для того, чтобы проиллюстрировать: мотивы для убийства были самые различные.

– Какой мог быть мотив у меня?
– ядовито спросила Патрисия Ройс.

– Об этом я скажу позже. Так вот, взвесив имевшиеся мотивы и рассмотрев обвинения, высказанные некоторыми из вас в моем присутствии или лично мистеру Гудвину, я приступил к основной фазе расследования.

– Господи, неужели нельзя побыстрее!
– взорвался Кейт Биллингс, которого я предусмотрительно посадил подальше от бывшего спарринг-партнера, Франклина Отта. Дебра Митчелл взирала на происходящее с холодным любопытством. Должно быть, подбирала персонаж для своего шоу "Entre Nous".

– Хорошо, начну с вас, - сказал Вулф, глядя на Биллингса.
– Ваша неприязнь к мистеру Чайлдрессу была общеизвестна. Он относился к вашим требованиям с откровенной враждебностью и встречал в штыки малейшие попытки переделать его тексты, в особенности - сюжетную линию. Положение усугублялось его дружескими отношениями с мистером Винсоном. Кончилось тем, что писатель потребовал предоставить ему другого редактора, что привело к вашему скандальному уходу из "Монарха". Ваша ненависть к мистеру Чайлдрессу возросла после появления его обличительной статьи. Ваша карьера оказалась под угрозой. В глазах многих все это составляет вполне серьезный мотив для убийства.

– Чушь собачья!
– гаркнул Биллингс.
– Из "Монарха" я ушел на теплое местечко. Моей карьере ровным счетом ничего не угрожало.

– В самом деле?
– вскинул брови Вулф.
– Мистер Хоббс, вы способны объективно расценить ситуацию в издательском мире. Скажите, сравним настоящий статус мистера Биллингса с прошлым?

Хоббс зловеще прокашлялся.

– Никоим образом, - ответил он.
– Во-первых, престиж "Монарх-Пресс" не сравним с таковым у "Вестман и Лейн". Во-вторых, нынешнюю влиятельность мистера Биллингса также нельзя сравнить с прошлой. Наконец ходят упорные слухи, что и "Вестман" собирается от него избавиться.