Все время, пока Семен идет к рингу, с его губ не сползает хищная самодовольная ухмылка.

Толпа рукоплещет.

Видимо Семен — тот самый гвоздь программы, который принято оставлять на финал.

Все это знают и ждут, что вот сейчас, с его выходом начнется самое захватывающее зрелище из всего, что они успели здесь увидеть.

Семен оставляет свиту внизу, а сам, под одобрительные возгласы окружающих, одним прыжком перемахивает через мягкие пружинистые ограждения и приземляется на ринг, прямо напротив Матвея.

На несколько секунд, пока они смотрят друг на друга в упор, все вокруг замирает, и я замираю вместе с ними. Потом кто-то начинает что-то выкрикивать, но ни Матвей, ни Семен не реагируют. Они сверлят и сверлят друг друга взглядами и, если бы где-нибудь поблизости оказалось что-то, сделанное из дерева, например, дрова, они бы вспыхнули в тот же момент огромным костром.

Я вместе с ними пропускаю мимо ушей все, что делается вокруг, а потому последующее становится для меня неожиданным.

Луч прожектора бесцеремонно и резко бьет прямо по лицу и слепит так, что глазам делается больно. Я вздрагиваю и в первый момент пытаюсь закрыть лицо рукой. Потом опускаю руку и начинаю часто-часто моргать, приспосабливаясь к свету.

Понимаю, что взгляды всех присутствующих сейчас направлены прямо на меня.

Не могу понять, что происходит, но в следующий момент тот, кто управляет прожектором, оставляет меня в покое. Теперь, как и раньше, освещен только ринг.

— Что это было? — спрашиваю у Андрея, хотя уже сама начинаю догадываться.

— Этот бой за тебя, — подтверждает мои догадки Андрей, — начало объявлено и теперь все ждут грандиозного зрелища.

— Мне кажется они ждут показательного избиения Матвея. Иначе зачем было его так выматывать. Бой изначально на неравных условиях.

— Всем на это плевать. И возможно да, ты права. Толпа жаждет крови. И Семен тот, кто обеспечивает это зрелище по полной программе. Но думаю, что в этот раз, Семен просчитается и куском мяса будет он, а не его противник.

— Ниче так девочка, — развязно произносит кто-то, подходя сзади и обдавая перегаром. Пытается трогать меня, но тут же отлетает от удара Андрея.

— Остынь, парень, не для тебя девчонка, — говорит Андрей, — или хочешь сорвать бой?

— А я че, я ниче, — бормочет тот и отступает.

Я даже не оборачиваюсь. Все, что меня интересует, происходит сейчас на ринге.

— Матвей справится с ним? — спрашиваю и замираю.

Будто Андрей может знать. Но мне хочется услышать, что справится.

— Уверен в этом, — кивает Андрей, — я знаю, на что он способен, особенно когда затронуты его личные интересы. А ты его личный и очень сильный интерес. Так что… да, он побьет его. Не волнуйся.

Слова Андрея успокаивают немного, но только на пару минут, потому что происходящее на ринге мне совсем не нравится. Если бы не эти слова и не эта уверенность в голосе парня, я бы закричала от страха.

Семен наносит один точный удар за другим, и в тех местах, где проходятся его перчатки, на коже Матвея остаются кровавые порезы.

— Что это? Почему так? — срываюсь.

— Похоже, у Семена специальные перчатки. Знаешь, такие, с острой поверхностью.

В голосе Андрея теперь тоже некоторое волнение.

— Разве так можно?

— Вообще нет, но кто будет за этим следить? Не волнуйся, Матвей справится.

Лицо Семена наглое и довольное. Он ни секунды не стоит на месте, кружит по рингу, точно заведенный и на любой выпад Матвея реагирует ответным выпадом, от которого сложно увернуться. Тем более если учесть, что у Матвея повреждено плечо. Сейчас это видно особенно явно. Не только плечо, вся правая рука работает хуже.

В какие-то моменты ему сложно двигаться и скорость реакции несколько замедленная. Семен это тоже прекрасно видит, а потому старается ударить по больному месту, специально рассчитывает удары так, что Матвею сложно уйти.

Каждый раз, когда не удается, на коже Матвея появляется очередной порез от перчаток Семена, а зал заходится в неистовом крике.

Пару раз Матвей достает Семена по лицу и тот не в состоянии увернуться. Но каждый раз после этого Семен становится только злее.

И довольнее.

Потому что он уверен в своей победе.

Потому что он видит, Матвей уже вымотан и сейчас, в отличие от драки на стоянке клуба, все преимущества на его стороне.

А дальше…

Я не знаю, что, как и почему. Я просто сижу и не могу поверить глазам.