— Надеюсь, золотко, ты свою ошибку поняла. Я не позволю никому рисковать своим ребенком, даже тебе.

— Я знаю. Всё нормально, так бывает. Это из-за витаминов и уколов.

— Ты не делала уколов. Никаких.

— Да, их редко. Отслеживают в крови… В общем, из-за резус-конфликта мне иногда нужно делать инфекции. Я прохожу обследование раз в две недели, если показатели в норме — мне ничего не делают. Я слежу за здоровьем.

— Я и не говорил обратного. Но витамины же полезны?

Ощущение, что Ян говорит как с маленькой. Но я только киваю, цепляя дольку яблока. Сейчас я ощущаю себя такой. Мелкой, глупой, неспособной разобраться.

Где друг, а где враг.

Насколько стоит доверять Яну.

Как много мне нужно узнать и рассказать в ответ.

Я даже боюсь к окну подходить, на всякий случай. С радостью бы спряталась в бункере и просто изучала медицину. Факты, показатели, способы лечения.

Там всё проще, никаких неожиданностей. Любое знание можно раскопать, найти скрытые болезни и изучить симптомы. А в реальности… В реальности я могу только слушать Яна и принимать его слова. И нет другого учебника, который опровергнет или подтвердит.

— Не хочешь прогуляться, золотко?

— Что? Нет, я не хочу на террасу. Там холодно сидеть.

— Я говорил о прогулке на улице. Свежий воздух, пройдёмся до озера. Или нет, оно довольно далеко. Но тебе нужно выйти.

— Ты собирался держать меня взаперти.

— Под охраной. Но я же не монстр, Сонь, держать тебя в одной комнате. Я думал, ты будешь рада.

— Я… Боюсь.

Выдыхаю правду, а после оказываюсь в объятиях Яна.

Даже не понимаю, что начинаю плакать, пока ресницы не начинают слипаться. Сильнее прижимаюсь к мужчине, находя в нём утешение. Это слишком много для меня, чтобы выдержать.

Я не собиралась становится частью всего этого! Я просто хотела родить ребенка, от любимого мужчины. Пусть этот самый мужчина исчез, а после оказался бандитом.

Я хотела спокойно закончить обучение, а уже неделю пропускаю занятия.

Хотела съездить с мамой загород, а теперь не знаю, когда её увижу.

— Ты много плачешь, — Ян мягко надавливает пальцами на мой затылок, перебирает пряди. — Давай, расскажи, что не так.

— Ты меня похитил.

— Это было давно, мне казалось, ты уже привыкла.

— А ещё… Ты сволочь, Волков.

— Факт, тоже не новость.

Мне хочется вцепиться пальцами в лицо мужчины и пройтись ногтями. За этот легкий, насмешливый тон. За то, что моя реакция его веселит, а не вызывает совесть.

Ему ни капельки меня не жаль.

— Настоящую причину, Сонь. То, из-за чего ты отказываешься гулять и прячешься в комнате. А ещё плачешь.

— Я просто… Не хочу, не могу. Я не… Мне страшно, Ян. Что снова будет нападение, что что-то случится… А если я потеряю ребенка? Нет. Я не готова, я не рискну. Я буду… Ты был прав. Пока с тобой безопасней. И я не буду пытаться сбежать, пока это так. Но и рисковать самостоятельно не буду.

Ян медленно разворачиваясь, сжимая моё лицо ладонями. Надавливает, чтобы я подняла на него взгляд. Смотрит серьезно, едва встревоженно. Каждый раз Волков — разный.

И я не понимаю, когда эта игра прекратится.

— Я тебе уже сотню раз сказал, что никогда не рискну своим сыном или дочерью. Если я предлагаю прогуляться, значит, там безопасно. Это один из лучших комплексов, Сонь. Здесь живёт один авторитет с детьми. Как думаешь, он бы рискнул семьей? Нет. Но он переехал за последние лет семь только два раза. В этот комплекс. А после в другую квартиру напротив, потому что нужны были ещё спальни для детей. И если мы идём гулять на территории, то здесь никто не достанет. К тому же, здесь десяток других жителей, которые наставили свою охрану повсюду. Надежнее, чем Швейцарский банк.

— Правда?

— Правда. Тебе пора запомнить простую истину и не сомневаться. Если я что-то говорю, значит так надо. И это безопасно. Ты должна мне доверять, если переживаешь за ребенка. Только так всё получится.

Уже получилось, прекрасно. Меня похитил отец моего ребенка. А после, возможно, собственный отец напал. И я просто между двух огней, а с огнетушителем никто не спешит.

Но я собираюсь на прогулку. Ян прав. Он сотню раз повторял, что не навредит нашему малышу. Значит, риска нет. Всё хорошо и безопасно. И чтобы он не предлагал, за это не стоит волноваться.

Только мои гормоны и логика вещи несовместимые. И если Ян надеется на адекватную реакцию, то это его проблемы. Я рыдала из-за того, что в мандаринке попалась косточка. А потом, что этой косточки не было в других мандаринках.

— Иногда я плачу из-за ерунды, — выпаливаю, когда мы выходим на улицу. Свежий воздух кружит голову, холод пробирается за воротник пальто. — Просто, чтобы ты знал. Это из-за беременности и нормально.

— Я учту. Хотя предпочел бы, чтобы ты не плакала. Это ведь вредно, разве нет?