— Я официально признана неприкосновенной для его величества, — радостно улыбаясь, Ясина подошла ко мне и крепко обняла. — И теперь если он чего-то захочет от меня, то только с полного моего согласия. Можешь считать, что на меня упало расстроенное, злое, взбешённое, — он запнулась и быстро закончила, — божественное благословление.

Подмигнула, вглядываясь в мои глаза, и недовольно поморщилась, услышав грохот и рычание моего стража за своей спиной. Я тоже посмотрела ей за спину, удивлённо отмечая, что пространство в моей комнате совершенно бесцеремонно захватывают какие-то вещи, коробки. Словно кто-то их бросает, сбрасывая напряжение.

— Говорю же, взбешённое, — тихо прошептала Ясина и уже громко и возмущённо глядя мне в глаза, выпалила. — А ты размазня!

— Я? — Искренне удивилась и, кажется, перестала что-либо понимать.

— Ну не я же сижу реву в подушку, наматывая сопли на кулак! Расскажешь, что произошло, и почему боги решили вспомнить про одну непутёвую леди, попавшую в ловушку из-за собственных чувств, и решили помочь?

Почему-то не подумала даже что-то скрывать, и только я собралась открыть рот, как дверь в мою комнату распахнулась, и в неё вбежал охранник, приставленный присматривать за домом искусника, держа в руках два огромных меча с пробегающими по ним огненными змейками.

— Леди Ясина, — ошарашенно выдохнул он, после того как заметил, что никакой опасности рядом нет. Даже мой Дерек успел успокоиться.

— И тебе здравствуй, Рестарх, — ослепительно улыбнулась сестра искусника. — Неужели мой брат отсутствует?

Охранник смутился, кивнул и поспешил ретироваться за дверь.

— Твой брат вместе со своей невестой отправился к её дальним родственникам. — Тихо произнесла, думая как рассказать, что с её исчезновением искуснику подкинули «королевский подарок».

— Неужели он в кого-то влюбился? — Искренне засомневалась она.

— Не совсем, — неуверенно ответила и, несомненно, догадливая женщина сразу же нахмурилась.

— Давай обо всём и по порядку, начиная с того момента, как ты от меня ушла.

Рассказ занял достаточно много времени. Я вспоминала, заново переживая моменты. Сейчас всё что произошло со мной, уже не казалось таким страшным и волнительным. На некоторые моменты я уже смотрела с совершенно другой стороны. Где-то смеялась, где-то плакала. Ясина, вызвав оставшихся в доме слуг, приказала перенести вещи в её комнату, а меня утащила на кухню. Только там, поняв насколько сильно я голодна и вцепившись зубами в кусок зажаренного мяса, почувствовала, что напряжение начинает спадать и дышать становиться немного легче.

— Ну, ты и дура, — смачно сплюнула сестра искусника, как когда-то при первой нашей встрече. И наградив меня таким нечитаемым взглядом, что я умудрилась подавиться, тихо проговорила, — надо бы избавляться он деревенских привычек.

— Почему? — спросила, с трудом откашлявшись, и имела в виду я отнюдь не привычки.

Было действительно странно наблюдать утончённую леди, плюющую на пол. Нет, если бы это была бабуля, то да, а так... Я улыбнулась, немного отвлёкшись, и тем сильнее по мне ударили неожиданные слова.

— Тебе же прямо сказали, что происходит с богами, когда они выходят на близкое общение, а ты так ничего и не поняла. — И увидев полное непонимание в моих глазах, продолжила. — Да мы знаем, как выглядят наши боги, знаем, что если случится что-то непоправимое, то нас в беде не бросят. Мы покланяемся им, хоть поклонение богине жизни от поклонения богу мёртвых значительно отличается, но никто и предположить не мог, что обычная человеческая душа может быть для бога слабостью.

Она ободряюще мне улыбнулась и стала пересказывать мне мои же недавние слова о том, что сильные эмоции находят отражение, только теперь я уже перестала считать, что Истислав, таким образом, развлекался за мой счёт.

— Ты к нему привязалась, и он, скорее всего к тебе тоже, раз присматривал за тобой всё это время. Нет ничего странного в том, что когда понадобилась помощь, её тебе оказали, да и разве может кто-то тебя научить пользоваться искрой, если дети с серой искрой жизни уже давно не рождались?

Я втянула голову в плечи, понимая, насколько глупые и беспричинные были все мои претензии. На месте Истислава я бы или отправила меня давно на Землю или просто прибила, а Ясина продолжила на меня наседать.

— И если то, что со смертью того, к кому бог привязался, умирает и частичка его души — правда, то неужели ты думаешь, что больно богам не бывает?

— Я... — запнулась. Я об этом вообще не думала.

— Знаешь, мне конечно раньше не доводилось видеть бога в живую, только на картинках, но мне кажется, что больно было не только тебе. — Окончательно добила меня Ясина, заставив растеряться и снова перестать хоть что-то понимать. — И раз уж ты доела, то помоги мне разобрать вещи. Их много, а тебе не помешает занять чем-то свои руки и голову.