Тальвада не отвечала — нечем. Она лишь чувствовала, как ком слез застревает в горле, при взгляде на любимого. Ему так больно…

— А что второе? — раздраженно бросил Вальдр спустя несколько секунд.

Тальвада набрала побольше воздуха в грудь. Была не была.

Лаессай был щедр и выдал путникам из Даэрдина («Или откуда вы там все» — уточнил король поутру) свежих лошадей. Путь лег шагом, в глубокой тишине. Даже Стенн, вопреки обыкновению, держался без слов. Он переводил взгляд с Данан на Тальваду, размышляя о причинах их вмешательства в события Ирэтвендиля.

Когда в свое время они влезли в политические дрязги Даэрдина, чтобы помочь Диармайду занять трон, это имело смысл. Им нужно было войско, чтобы остановить исчадий Пустоты, и Дей, став королем, дал его. Когда немногим раньше они влезли в дела Руамарда, чтобы помочь королю Даангвулу, это тоже имело смысл, и король Руамарда тоже выразил открытую благодарность Данан в виде присланной в бой с архонтом подмоги. Но сейчас… сейчас они влезли в политические разборки внутри Ирэтвендиля безо всякой веской причины. Помочь Тальваде — серьезно? Это то, ради чего Данан задержалась у эльфов и даже примкнула к одной из сторон?

Или настоящей причиной является ее внутреннее желание иметь если не в должниках, то в приятелях по королю в каждой стране Аэриды?

Так или иначе, вместе с Данан пришлось участвовать остальным. У Анси и Рендела будто бы нет выбора. У Тайерара, если подумать, тоже. Его притащили непонятно куда и зачем, ему оставалось за лучшее находиться подле Данан и утешать себя тем, что он сможет устроить ей выволочку позже. Которую, справедливости ради, чародейка заслужила. Он, Хольфстенн, просто не мог бросить эту окаянную на волю судьбы. Не мог и все. А Рангзиб…

Гном посмотрел на те’альдинца. Тот мерно раскачивался в седле, о чем-то перекидываясь фразами с призванной Аэтель. Дух парила рядом, не исторгая ни звука, так что создавалось впечатление, будто маг разговаривает сам с собой. Хм, — задумался Стенн, а что если…?

— Надеюсь, хотя бы эта лошадь не кажется тебе недостойной твоей великой чародейской задницы? — спросил гном у колдуна. В душе Хольфстенн был уверен, что Рангзиб скажет что-нибудь в духе: «Жалкая кляча!» или «Фу! Да такими только поля пахать!». Однако маг скосил на гнома смешливый взгляд и цокнул.

— Сгодится.

Хольфстенн залился раскатистым смехом.

— Ну! — гном хлопнул в ладоши. — Коль уж теперь мы знакомы, — намекнул Стенн на недавние приключения, — давай, рассказывай.

— Что рассказывать? — не понял Рангзиб.

— Ну, о себе! Кто ты, откуда? Почему-то же тебе нравится считать… эм… особенным.

Рангзиб скривил рот в усмешке:

— Такое всем нравится.

— Это не ответ, — напомнил Стенн. Чародей наградил гнома хитрым прищуром: интересно, кто из них задумал большую авантюру?

— Да лан’ те', не отнекива’сь, — заявил Анси. — Всем ‘нтересно!

Тайерар бы не сказал, что он изнывает от любопытства. По крайней мере, по поводу Рангзиба. Но протестовать не стал: вряд ли к нему прислушаются.

Рангзиб осмотрел отряд. На него глазели Стенн и Анси, Данан тоже украдкой оглядывалась. Ладно уж, он ничего не теряет. Повежливей будут!

Чародей состроил скучающую физиономию, слегка закатив глаза.

— Я ведь уже назывался. Рангзиб Адааль Каатбир Партайус из дома Далмат, Хрустальный полумесяц Те’Альдина. — Он расправил плечи и выпятил грудь колесом.

— Птс, — шепнул Хольфстенн, чуть наклоняясь из седла к собеседнику, — парень, здесь, кроме тебя, нет те’альдинцев. Нам вот это твое заклинание ни о чем не говорит.

Во взгляде, каким Рангзиб омилостивил Стенна в ответ, легко читалось: «Конечно, что с вас взять, плебеи!».

— Давай как-то попроще, — подсказал гном, совершено игнорируя заносчивость колдуна.

— Попроще… — Рангзиб вздохнул. Всякий раз, забираясь в северные регионы континента, ему приходится опускаться до всяких «попроще». — Моя мать — одна из племянниц действующего короля. Я занимаю восемнадцатое место в списке престолонаследников Те’Альдина, — важно сообщил Рангзиб, а потом чуть менее пафосно добавил. — Ясное дело, что на троне я никогда не окажусь, так что я использую свое положение по максимуму и трачу жизнь на путешествия, знания и женщин.

— Женщин? — со скепсисом Хольфстенн почесал бороду. — Я что-то возле тебя пока ни одной не заметил. Ну, кроме, Аэтель.

Рангзиб снова криво усмехнулся и громко заявил:

— Надеюсь, вы слышали это, командор!

Данан обернулась с улыбкой.

Шел третий день пути. Незадолго до заката Тальвада заявила, что устала, им следует взять привал пораньше.

— Тут неподалеку есть холмистые отроги. Там можно найти для укрытия парочку пещер, на случай если пойдет дождь, — поделилась эльфийка. — Я покажу.