– Ха-ха-ха! Несколько… Ха-ха-ха! – первый раз в жизни захожусь в истерике я.

– Ну, тихо, тихо, Анни… Всё хорошо… – моя подружка крепко обняла меня и теперь вопреки своим же словам плачет навзрыд вместе со мной.

– Что тут за шум, а драки нет? – впархивает в Альвиеттины покои тётя Лайтинэлла, мама Альви.

Но при виде наших заплаканных лиц улыбка пропадает с её лица, словно солнечный лучик от набежавшей тучи. Из-за её плеча выглядывает тётя Лизелла, её лучшая подруга.

– Что случилось, мои хорошие? – обнимает нас обеих тётя Лайтинэлла.

– Ах, Лайт! Девочкам по семнадцать лет! Что могло у них случится, сама подумай, – с грустной улыбкой смотрит на нас тётя Лизелла, – наверное, какие-то поганцы посмели не оценить вашу красоту? Признавайтесь! Старые вампирши с удовольствием дадут вам секретные стратегические советы на все случаи жизни, как говорила когда-то твоя мама, Анни!

– О да, Лиз… Где же потерялись наши с тобой семнадцать лет… – взгрустнула тётя Лайтинэлла.

Вампиры очень и очень эмоциональны и чувствительны, чужую боль они воспринимают как свою. В отличие от некоторых людей.

– Да нам хотя бы вернуться в наши двадцать лет, Лайт… – согласно откликнулась тётя Лизелла с тем, чтобы через секунду переключиться на поток слёз, который с новой силой хлынул из меня.

– О чьей красоте ты сказала… – рыдала я, захлёбываясь горькими слезами, – уж не о моей ли…

– О Создатель… Анни, милая, я совсем забыла, что в глазах этих ничтожных людишек ты не очень привлекательна… – виновато обняла меня тётя Лизелла.

Кстати, да, вампиры безмерно высокомерны и считают всех остальных намного ниже себя. Мне всегда очень льстило их отношение ко мне. Как к равной.

– Забыла ты или не забыла, а эту проблему нужно решать, Лиз, – решительно сказала мама Альви.

– Это один из тех редких случаев, когда ты абсолютно права, Лайт, – ну да, эти две тёти постоянно подкалывают друг друга, и это весело. Только сейчас ничто не способно развеселить меня.

– Ну, ну, не надо плакать, – тётя Лизелла в свою очередь заключила меня в свои такие родные ледяные объятия и легонько поглаживает по моей необъятной спине, ласково приговаривая: «Ты же принцесса, детка. Ты должна не плакать из-за проблем, а решать их».

– По мере поступления, как говорит Эля, – улыбнулась тётя Лайтинэлла. Вампиры, кстати, мгновенно переходят от одного настроения к другому.

– Итак. Что мы имеем, – по-деловому сосредоточилась тётя Лизелла, – девочка сконцентрировалась на своей внешности из-за того, что какой-то ничтожный не вампир посмел обидеть её?

///////////////////////////////////////////

– Он вовсе не ничтожный, – всхлипываю я, – и он не обижал меня… И он даже не человек, как вы, наверное, подумали…

– Ах, всё ясно. Ясно-ясно-ясно… Я надеюсь, это же не Эльжбеттин младшенький, нет? Анни? О Создатель! Он! Какой пассаж, как сказала бы твоя мать!

– О да! Эля сказала бы именно так! Хи-хи…

– Ах, извини, пожалуйста, Анни, но это действительно немного смешно! Ха-ха-ха!

Меня настолько удивило, что мои любимые тёти смеются над моим… горем? Или как это назвать? Ну, над слезами тогда… Я даже перестала плакать. Мы с Альви удивлённо смотрели, как две взрослые тёти хохочут как девчонки.

– Ох, прости, милая. Наш неуместный в данной ситуации смех никак не связан с твоей маленькой неприятностью, никак. Просто мы с тётей Лайт вспомнили кое-что. Из времён нашей невозвратной молодости, так сказать. Ах, где, где наши двадцать лет, Лайт, скажи!

– Просто, понимаешь, деточка, ведь и мы, и твои мама с папой, и родители этого поганца Гарри, тётя Эльжбетта и дядя Уильям, далеко не всегда были старыми, как тебе, наверное, кажется. Далеко не всегда…

– И в этом далеко не всегда, которое сейчас так от нас далеко…

– Ох, ну хватит грустить, лучше объясним девочкам, что произошло когда-то вот в этом самом далеко не всегда…

– Видишь ли, Анни… Эм…

– Видишь ли, милая Анни, существует некое равновесие всего и вся, установленное Создателем. И ежели некий человек или вампир, в данном случае сие неважно, в своё время страдал из-за другого, то сие в некотором смысле может вернуться с несколько другим вектором. Примерно так.

– Ох, Лайт! Ты сама хоть поняла, что сказала? При чём здесь вектора вообще? Ох, ха-ха-ха! Ты только взгляни на личики девочек! Как они на нас смотрят! Ха-ха-ха!