Ноги подогнулись. Я села на корточки, прижавшись лбом к дверце шкафа. Шею и щеки жгло румянцем. В носу защипало, и слезы, наконец, полились, падая крупными каплями мне на колени. Я сидела там, тихо плача, очень долго.

Едва привела себя в порядок, в дверь постучали. Привезли вещи из магазина, я даже не ожидала, что так много и заподозрила, что все же это не только то, что я выбрала. И еще один момент, вещи вносили исключительно люди из охраны. Это уже не в первый раз, когда я замечала, что самая, казалось бы, насколько я могла представлять охрана, в этом доме нечто большее, чем мне думалось. И ведь очень странно, чтобы не происходило, меня никто никогда ни о чем не расспрашивал. И не в том дело, что это было запрещено. Я бы все равно заметила, если бы за моей спиной сплетничали, и взгляды украдкой. Этого просто не было! Хотя бы Сюин на правах наших более близких, чем с остальными, отношений не задала мне ни единого вопроса. Я работаю здесь на правах обычного работника, и если бы были какие-то дополнительные условия по приватности жизни хозяина, я бы о них знала. Но ничего подобного я не видела и не слышала даже.

Оглядывая пакеты, заполонившие почти все свободное пространство, я что-то вроде приступа легкой паники испытала. Пришлось присесть на ближайшую кушетку и немного успокоиться.

Чтобы я не делала, все равно происходит так, как этого хочет хозяин. Я словно бегу вперед по туннелю, в который он меня старательно загнал. За помощью обратиться мне совершенно не к кому. Самостоятельно выбраться, способа я просто не вижу и не знаю как. Но и перспектива неоднозначная, что была передо мной, меня совершенно не устраивала. Не хочу быть его игрушкой! Не хочу!

И что же я могу? Предпринять очередную попытку сбежать? Уже не оглядываясь ни на что. Просто выбраться и спрятаться получше, пока это его затмение не пройдет. Рано или поздно, но это обязательно случиться! По-другому и быть не могло. В принципе, кроме моего гигантского долга ничего меня и не держало в этом городе. Этот вопрос следовало решить, но можно и потом это сделать, небольшой запас времени у меня был. Что со мной сделают, если я перестану платить, даже думать не хотела. И от этих людей в этой стране мне не спрятаться. Это я знала.

Еще одна мысль окончательно привела меня в себя. Если хозяин добьется того, что он хочет… что тогда будет с моим долгом? Я же не буду работать, очень сомневаюсь, что он это разрешит, и что же я делать буду в этом случае?! Просить деньги у него? И как я это объясню?! Я не смогу! Я просто не смогу! И представить, что произойдет в таком случае, не могла. Я не могу вечно прятаться за его спиной. А если мои кредиторы заявятся к нему?! Я вскочила, прижав ладони к заполыхавшим щекам. Нет! Только не это! Мало того, что это унизительно… Еще один поводок для меня! Вот что в таком случае получиться! Еще одно средство, чтобы мною управлять, я просто не могла позволить дать хозяину в руки. А я буду чувствовать себя обязанной.

Нужно искать способ сбежать отсюда. По-другому назвать попытки избавиться от существующего положения, было глупо. И держать хозяина на расстоянии. В конце концов, ему это просто надоест. Не настолько я интересна, чтобы этого не случилось в ближайшее время. Если даже у меня не получиться уйти отсюда, он сам избавится от меня в итоге. Я уверена! Я же знаю кто я…

Распаковка заняла около двух часов. Я просто доставала и развешивала, раскладывала все подряд в гардеробной. Последовательно и методично отрезая этикетки. Никаких эмоций это изобилие вещей у меня не вызывало. Я не чувствовала, что эти вещи мои.

Время ужина давно прошло, но я рассудила, что если никто меня не ищет, значит и не нужно самой идти и выяснять, что случилось. Главное, чтобы я не лишилась работы уже сегодня, без всяких оповещений. Но это я буду знать уже завтра. Сейчас не было никаких сил что-то выяснять.

Кровать вовсе не круглая оказалась, а вполне нормальная. Просто такое впечатление возникало из-за прикроватного пуфика полукруглой формы в изножье кровати. Размеры этого ложа немного смущали, на такой постели мне еще спать не приходилось. Я даже не сразу решилась забраться под одеяло, застеснявшись еще и своей старенькой пижамы, хотя устала просто ужасно. И белье, и постельные принадлежности просто изумительного качества, я словно в облаке закутана оказалась, мгновенно согревшись.

Мою надежду на то, что я еще не отстранена от своих обязанностей подкрепляло то, что с остальными моими вещами, моя форма тоже была перенесена в новое жилище. И все же подходя к кухне, я остановилась у двери, прислушиваясь к разговорам внутри и не решаясь войти.

— Роу? Ты что здесь стоишь? — Сюин сияла до неприличия бодрой улыбкой.

— Забыла кое-что, — вяло промямлила я, и мы вместе вошли на кухню.

Судя по расслабленным позам и отсутствию Шефа, я тут же догадалась, что завтрака не будет, что не часто бывало. Мне тут же это подтвердили, и Сюин утащила меня за собой, предложив поесть вместе. На самом деле ей просто не терпелось рассказать мне последние новости о своем парне. Судя по всему, дела у них шли прекрасно, и маячило скорое предложение. Рада за нее.

Вчера она ночевала в городе и, судя по её безоблачному настроению и немного глуповатой улыбке, явно не дома и не одна. Её не было, когда забирали мои вещи, а остальных наших соседок я еще не видела. Или они настолько редко пользовались предоставляемыми комнатами, что я не замечала, когда они в них бывали.

Утро прошло как обычно, сколько не прислушивалась и не присматривалась, никого не поймала за косыми взглядами на меня или сплетнями о ком-то, о ком мне знать было не нужно, то есть обо мне. Это просто поразительно! Неужели действительно никто ничего не видит? И охрана настолько держит рот на замке?! Уж они-то видели более, чем достаточно.