Немая сцена явилась занавесом этого своеобразного знакомства.

Спустя несколько минут, когда я уже сидела в гостиной квартиры Александра, ко мне пришло понимание того, что кумир современной молодежи выглядит столь непотребным образом по довольно банальной причине. На столе стояли пустая бутылка из-под водки, полная пепельница окурков и довольно грязный стакан, лежал кусок недоеденной вареной колбасы. Когда Александр пригласил меня пройти, он старался закрыть собою стол, но потом, очевидно, поняв тщетность этого намерения, в буквальном смысле махнул рукой и предложил устраиваться в кресле.

Кстати, мебель в квартире была более чем приличная. Кожаные кресла и диван, полированный стол, домашний кинотеатр «Самсунг» и стереосистема… Короче, здесь имелось все, что и полагается иметь обеспеченным людям. На полу лежал красивый бежевый ковер с большим ворсом. Правда, сейчас он был очень грязным и на нем валялись свидетельства беспутной жизни Иванцева: окурки, семечки и прочий мусор. Я осторожно прошла по дорогому настилу, стараясь не наступить на что-нибудь и не испортить его еще больше. Александр заметил это.

— Удивлены, наверное, чего это Иванцев так опустился?

— Дело житейское, — пожала я плечами. — А, кстати, действительно, с чего это вы? — Я сделала неопределенный жест в сторону стола.

— Творческому человеку нужен всплеск, — начал вдохновенно объяснять Иванцев превратности судьбы, глядя на меня с явным интересом. — Когда в делах наступает застой, это не приводит к хорошему мироощущению. Вы меня понимаете?

— Ага, — кивнула я, переменив положение ног. Под одной из них оказалось что-то скользкое, при ближайшем рассмотрении оказавшееся еще одним куском колбасы. — Понимаю, да. Только… как же вы в таких условиях работаете? Или настоящий мастер должен быть привычен ко всему?

Иванцев усмехнулся и проследил глазами за моими действиями. Я как раз пыталась отцепить колбасу от каблука, на который она оказалась надетой. Очевидно, эта картинка так подействовала на моего собеседника, что он перестал пускать пыль в глаза и обреченно махнул рукой:

— Эх, работа… А где она, работа? Я даже, понимаете ли, из дыры этой выбраться не могу, не говоря уж о чем-то другом. Думаете, почему я в этой хибаре, построенной во времена царя Гороха, поселился? Я ж не археолог, чтоб на старину западать. Просто на приличную хату денег нет. Пришлось вот в этом бабушкином наследии осесть.

— Странно слышать, что у вас нет денег, — подала голос я, когда Иванцев погрузился в задумчивое молчание. — Жители города гордятся, что их земляк в люди выбился, со знаменитостями работает.

— Работал, — грустно поправил меня Александр. — Работал, да. Но сейчас я в вынужденном отпуске. Вы не думайте, — продолжал он, заметив, каким взглядом я оглядела предметы на столе, — это я от отчаяния несколько дней назад запил. Увидел товарища своего бывшего, мы вместе в группе были, он вам должен быть знаком, если вы «Небом Вселенной» интересовались. Вспомнил былое, вспомнил, как уходил от ребят несколько лет назад… И тоска навалилась. Тогда мне казалось, что все будет как в сказке, с моим-то талантом и внешними данными… А может, и будет еще, а?

Он снова замолчал как-то потерянно, с отвращением посмотрел на пустую бутылку и заговорил:

— Знаете что, вы забудьте все это. У каждого человека слабости бывают, а у меня так впервые. Просто я привык к легкой жизни, а в течение последних месяцев мне никаких предложений не поступало, вот я и впал в депрессию. Но ничего, я встану на ноги. Обязательно встану!

Я тихонько поднялась с кресла и проговорила:

— Вы подниметесь, мы в вас верим. Кстати, я тоже хочу… встать на ноги, поэтому и пришла к вам. В вашей помощи я нуждаюсь…

— В моей? — удивленно переспросил Александр, смотря на меня снизу вверх. — А чем же я могу вам помочь? Да еще сейчас…

— Я — начинающая певица, — принялась вдохновенно врать теперь уже я, стараясь при этом не внедряться в глубокую сферу музыкального искусства, дабы не быть разоблаченной. — Я окончила консерваторию, и преподаватели говорят, что у меня хорошие данные для того, чтобы сделать карьеру. А я хочу на эстраду. Я ею грежу. Помогите мне! Я вас очень-очень прошу…

Это горячее восклицание подействовало на Иванцева, как допинг на спортсмена. Он вдруг оживился, вскочил со своего места и вскричал:

— Но как? Вы же видите, в каком положении оказался я сам!

— Это ничего, — успокоила я его. — Ведь у вас есть знакомства с нужными людьми? Например, ваш продюсер, с которым вы работали последние несколько месяцев. Он не сможет вам отказать, так как наверняка еще находится под влиянием вашего обаяния.

Выпятив грудь, как генерал в отставке, оказавшийся на показном параде, Иванцев благодарно улыбнулся.

— А, Денис… — протянул он. — Вот такой мужик! К сожалению, сейчас у него дела тоже плохи. Не знаю, поможет ли он вам… Но на всякий случай дам его телефон.