Мои щеки порозовели, я улыбнулась.

— Ты знаешь, Патрик, я люблю тебя.

— Мы все тебя любим. Ты должна это знать. Ты изменила его.

— Стерлинг не нуждался в изменении.

— Ты ошибаешься, и мы можем обсудить это в другой раз. Просто войди туда, зная, что ты в безопасности. С тобой ничего не случится.

Я кивнула, когда Гаррет остановил машину перед кафе «Лула». Патрик ступил на жаркий послеполуденный тротуар и быстро открыл дверь с моей стороны. Когда я вышла на тротуар, то спросила:

— Почему он хотел встретиться в таком маленьком месте?

— Легче наблюдать, как для них, так и для нас.

— Он знает, что ты будешь наблюдать.

Патрик кивнул.

Сделав глубокий вдох, я почувствовала солнце на своем лице и тепло, исходящее от бетона внизу. С Патриком на шаг позади я направилась к двери. Когда я вошла, меня обдало прохладным воздухом. Помещение ресторана, выдержанное в индустриальном стиле, было длинным и узким. Вдоль правой стены стояли столики на двоих, а у входа — несколько кабинок на четверых.

С высоко поднятой головой я шла по узкому проходу между ними.

Было приятно узнавать людей слева и справа от меня. Когда я подошла к бару, специальный агент Уолш встал. Он постарел. Сейчас он выглядел лет на двадцать пять, но ему было лет тридцать с небольшим. Молодость всегда была на его стороне.

— Мистер Уолш, — сказала я, останавливаясь рядом. — Или мы возвращаемся к Марку?

Это было имя, которое он назвал мне в Уичито — да, это было сложно.

— Миссис Спарроу. С тех пор, как мы виделись в последний раз, уместно вас поздравить.

Я кивнула.

— Спасибо.

Он указал на стол.

— Пожалуйста, присаживайтесь. Давайте не будем разочаровывать нашу аудиторию.

Я усмехнулась.

— Вижу, мы честны друг с другом.

— Разве мы не были честны в прошлом?

Я села, положив сумочку на колени, и придвинула свой стул поближе к столу.

— Если вы были честны, когда предупреждали меня о моем муже, то я считаю, что вы просто ошиблись.

Он выпрямился и понизил голос.

— Мне хорошо известно, что сообщники вашего мужа в здании. Жаль, что он вам не доверяет.

Мои глаза расширились.

— Извините.

— Видите ли, я надеялся кое-что обсудить с вами, но очевидно, ваш муж не доверяет вам говорить со мной наедине.

— Мистер Уолш, я пришла сюда по вашей просьбе. У меня нет ни намерения, ни желания обсуждать с вами мой брак или то, во что один из нас верит или надеется. Почему я здесь?

Эндрю Уолш коснулся экрана своего телефона и повернул его ко мне, показывая фотографию блондинки с длинными волосами.

— Хорошенькая. — Я подняла глаза. — Предполагается, что я ее знаю?

— Она встречалась с вами неделю назад в Институте Спарроу.

Я снова посмотрела на экран.

— Она не выглядит… — Я потратила больше времени, изучая ее лицо. — Она выглядела иначе. — Я встретила его пристальный взгляд. — Кто она?

— Я знал ее много лет назад, когда был вовлечен в организацию МакФаддена.

— Она была ребенком?

Он усмехнулся.

— Она хорошо скрывает свой возраст. На самом деле ей тридцать семь.

— Я ничего не знаю о ней.

— Она что-то передала вам. Что это было?

— Скажите мне, кто она такая. Она работает на кого-то, связанного с экс-сенатором, или она одна из ваших?

— Она не работает ни на ФБР, ни на какую-либо другую федеральную организацию.

Мои мысли обратились к федеральному правительственному ведомству, о существовании которого даже Уолш, вероятно, не знал. Это была всего лишь мгновенная вспышка. Я снова прислушалась.

— Когда я знал ее, — сказал он, — Она была близка с Антонио Хиллманом.

Я выпрямилась.

— Вам знакомо это имя?

Да. Он был сыном советника Рубио МакФаддена, Вэндалла Хиллмана. Вэнделл гнил в тюрьме вместе с МакФадденом. Его сын умер. Это была совсем другая история.

— Я не понимаю, какое это имеет отношение ко мне или моему мужу, — ответила я, избегая его вопроса.

— Миссис Спарроу, ни для кого не секрет, что я хотел навести порядок в Чикаго. — Он понизил голос. — Я хотел, чтобы ваш муж оказался за решеткой вместе с МакФадденом. Я был внутри очень темного преступного мира. Я кое-что видел. Вещи, которые вы никогда не хотели бы видеть в своих кошмарах. Ваш муж не невинен.