Он оказался рядом и без прелюдий обхватил меня за бедра, захватывая в плен своих рук. Так сказать… удерживал.

– Не замерзла? – первое что спросил, оказавшись невероятно близко от моего лица.

Стало смешно. Тут конкретный буран на повестке дня, от веса верхушка вниз склонилась, планируя нас выкинуть, а полуголый мужчина спрашивает о том, не замерзла ли я.

– А ты? – поинтересовалась, осматривая его тело, не переставая счастливо улыбаться. Никогда бы не подумала, что мне понравится торчать на верхушке старой ели и обниматься с оборотнем.

Оберон сглотнул и хрипло произнес:

– Нельзя так смотреть на мужчину.

– На короля… королеве можно, – прошептала и, подавшись искушению, нежно прикоснулась губами к его губам. Лишь на мгновение, ощущая, как его огромное тело закаменело. Оторвалась и честно призналась: – Ради меня еще не залазили на дерево, чтобы поинтересоваться самочувствием. Спасибо за заботу.

– Привыкай… – заявил он и подался ко мне, накрывая губы в горячем поцелуе.

Несказанный ураган страсти захватил. Меня одолевали одновременно нежность, страсть и нечто такое, отчего сердце стучало в сумасшедшем темпе. Я плавилась в руках своего мужчины, отдаваясь навстречу чудесным ощущениям, позволяя себе их дарить в ответ.

Некоторое время мы стояли прижавшись друг к другу. Не говорили, только смотрели друг другу в глаза.

– Нам стоит поговорить… – начал он.

– На дереве очень даже романтично.

– Нам нужно уходить. Метель усиливается.

Не поспоришь. Не хотелось утонуть в снегу и замерзнуть. Только жизнь началась. Кивнула и проговорила.

– Спускайся, я следом, – попросила его.

– Ты?

– Ну, я же забралась сюда.

– От страха.

– От страха я бы только метр осилила, на верхушку точно не залезла.

Он кивнул и начал спускаться, а я следом за ним. Когда думала спрыгнуть, почувствовала руки на талии. Оберон снял меня и на несколько секунд прижал к своему жаркому телу.

– Ты как?

– Хорошо. Только… – мой взгляд упал на темную снежную стену. Она надвигалась на нас. Позади ее ничего не было. Занесло снегом. – Мы сможем идти?

– Да.

– И мы успеем в замок?

– Нет, но рядом дом лесничего.

– Там где были тогда?

– Да.

– Хорошо. А елка?

– Оставим. Завтра утром заберем, – успокоил меня король и, схватив за руку, двинулся по сугробам. Бежала за ним. Тяжело давалось, проваливалась так, что приходилось буквально выпрыгивать оттуда. В придачу ветер сбивал с ног. Я так устала, что кое-как двигалась, но все же продолжала идти следом, стараясь не отставать. Иногда Оберон оборачивался и тянул за руку, глазами подбадривая.

В какой-то момент устала. Уже хотела провалиться в снег и лежать, когда увидела дом.

– Вон он! – радостно выдохнула, не веря своим глазам.

– Да, еще немного и мы согреемся, – пообещал Оберон.

Когда оказались у дома и вошли, меня начало трясти. Я быстро подошла к кровати и стянула одеяла.

Дверь громко хлопнула, ударяясь о стену, подгоняемая ветром. Оберон вышел.

– Куда он? – буркнула, уставившись на дверь. Я не боялась остаться одна, но не хотелось.

Через некоторое время оборотень пришел с охапкой дров, двигаясь к печке. Сразу же принялся растапливать, пока я дрожала под пледом. Поставив чайник, он произнес:

– Раздевайся.

С таким тоном точно не намекают на интим. Значит, предлагает согреться.

– У оборотней температура выше, чем у винов.

Забралась на печь и дрожащими руками стянула вещи, кидая их на веревку над печкой. Посильнее замоталась, пытаясь согреться. Хоть как-то.

– Я не просила объяснять, – натянула второе одеяло, злясь на холод. Чересчур. Как бы ни окоченеть. – Надеюсь, ты быстро разденешься.

Зубы громко стучали. Щелкала ими как волк перед зайцами.

Оберон не заставил себя ждать. Он присоединился быстро, тут же прижимая к своей груди дрожащую меня. И хоть оставила нижнее белье, так сильно чувствовала его тело, будто ничего между нами не было.

Печь разгорелась очень быстро. И спустя время я в полной мере ощутила жар, исходящий от нее. И еще мужчина испепелял, тело которого плавило меня как масло на сковородке. Чувствуя неудобство, хотела отодвинуться, но мужчина не позволил, продолжая обнимать.

Пусть так.

Главное – тепло.

Глаза закрывались, и я наконец-то отошла. Только вот хотелось спать. Улыбнулась и погрузилась в сон.

Проснулась от пристального взгляда мужчины. Своего мужчины. Открыла глаза и улыбнулась.

– С добрым утром, Оберон, – говорила и не понимала слов, они шли от сердца. Я любовалась мужественной красотой своего мужчины.

– С добрым, Василиса, – с легкостью произнес король и вдруг прикоснулся к моему лицу.