— Конечно, никогда, — согласился Андрей. — Сейчас зубы выбью, и вообще никогда больше.

— Яна! Скажи ему, что я тебя от пули закрыл!

Андрей сделал всего шаг, и Феликс бухнулся на колени. Я уже видела такое однажды — мольба о пощаде. Улыбка заискивающая, а в глазах страх. Я впервые подумала, что возможно, Феликс пришел сюда недобровольно.

С полминуты он наблюдал, как тот унижается, а потом ударил открытой ладонью по лицу. Не сильно, но Феликс покачнулся и оперся на стену, чтобы не упасть.

— За что? Я ее закрыл, — убито повторил он. — Она согласилась.

— Перестань! — я схватила его за плечо. — Надо сваливать.

— Я перегоню машину, — решил Андрей. — А ты, — бросил он Феликсу, — даже не думай сбежать, если хочешь еще раз увидеть свою девчонку.

Кобуры у меня не было, так что пистолет я положила на приборную панель.

Я сидела на пассажирском сиденье своей машины, поджав ноги, и пыталась согреться под курткой Андрея. Он сам сидел за рулем. В салон дул горячий воздух, но Андрей не дал закрыть водительскую дверь, и тепло улетучивалось, как и не было.

Он повернулся ко мне спиной, выставив ноги наружу, и смотрел в темноту: туда, где Феликс и Алена рыли яму моей саперной лопатой, которую я возила в багажнике еще с зимы.

Мой «мерседес» он кокнул по дороге — вмятина в крыле и левая фара в трещинах. Страшно представить, во что встанет ремонт. Прав у Андрея не было, и водил он так себе. Хорошо, что вообще доехал.

— Почему я вообще должна копать, — долетел плаксивый голос Алены. — У меня все в мозолях!

Феликс рыл руками, уступив лопату подруге.

— Замолчи, — буркнул он. — И рой быстрее. Яна! Там Эмиль один, это вообще ничего для тебя не значит?

— Заткнись, — прошипел Андрей, не от злости, ему трудно было разговаривать. — Это его проблемы.

Я так устала, что решила не вмешиваться в перепалку. Постепенно я согревалась, а пока больше ничего не нужно. К тому же, я обещала…

— Тебя надо привести в порядок, — сказала я. — Ты не можешь вернуться в город в таком виде.

Я полезла на заднее сиденье и нашла бутылку минералки — осталось еще около половины, но вряд ли хватит, он весь грязный… В бардачке обнаружились полпачки влажных салфеток. Я тщательно вытерла запачканные руки, плечо, везде, где он меня трогал. Андрей так и сидел ко мне спиной, словно его это не касалось.

— Достань аптечку, — я перегнулась через него, нащупала кнопку и открыла багажник. — Не хочу из машины выходить. И еще умойся.

Андрей молча забрал бутылку и вылез наружу. В зеркало заднего вида я наблюдала, как он умывается, наклонившись, пьет, затем моет руки. Вернулся он с аптечкой и сунул мне.

Я смотрела куда угодно: на темные елки впереди, на приборную доску, только не ему в лицо. В конце концов, я справилась с собой и взглянула прямо. Лицо обезображено. Представляю, как там все раздробило.

— Мне так жаль, — пробормотала я.

— Зарастет, — говорил он по-прежнему невнятно. — Очки, пластырь, нормально будет.

Рану на затылке можно закрыть капюшоном или шапкой. А с челюстью что делать? Она все еще косила.

— Мне нужно обезболивающее, — признался он.

Я поискала в аптечке что-нибудь подходящее и протянула пузырек.

— А разве эффект не снимает боль?

Он покачал головой:

— Не такую. Разве что, чуть-чуть. Спасает от шока.

Я подала лейкопластырь.

— Под козырьком зеркало, — подсказала я. — Лепи, не жадничай. У меня еще есть. Как ты узнал, где я?

Я так и не поняла, с какой стати он пришел с Феликсом — они ведь на ножах.

— А ты угадай, Кармен, — усмехнулся Андрей и продолжил. — Твой говнюк мне позвонил и сказал, где ты. Знает, урод, что в такой просьбе я ему не откажу.

Я хмыкнула. Эмилю не откажешь в уме, он всегда был изворотливым. Своим не доверяет, а насчет Андрея знает, что тот вытащит меня ни за что и с гарантией.

— У него проблемы, — словно извиняясь за бывшего, пояснила я. — Серьезные…

— Да плевать, что у него! — раздраженно бросил Андрей. С лейкопластырем не ладилось, тот намок, смялся, и он потребовал следующий, но я не дала. — Меня бесит что, когда надо, он меня давит, а потом действует моими руками!.. Извини, ладно… Речь не о тебе…

— У меня он такие же чувства вызывает, — поддержала я и знаком показала повернуться. — Сама заклею.

Я аккуратно прилепила пластырь поверх раны и разгладила края. Хватило и одного, хорошо, что широкий. Андрей выглядел более-менее нормально, а очки можно забрать у Феликса.