— Сергей прав. У меня дядька в Алжире и Ливии объекты строил. Средневековье там с электричеством и кондиционерами. Чуть отъедешь от города и полная задница.

— У меня брат в Анголе служил. Абздец полнейший. И еще война. Негры работать не хотят, учиться тоже. Еще и их корми.

— Ну, сравнили Африка и Америка, — упорно не сдавался Витюша.

— А что Америка, Вить? Живут продажей доллара по всему миру. И то у них проблем куча. Ты сам же нам впулял, что рок-движение там оппозиционное и борется с их правительством. Или тебе колбасы не хватает? Сортов сто надо? И джинсу на жопу в обязательном порядке?

— Ну ты сам джинсы носишь.

— Да, грешен. Просто удобно. И на самом деле это одежда американских работяг, конкретней пастухов. Так что ничего буржуазного, мы также люди простые. Но я же не делаю из них идола. Все лето в обычных шортах и рабочих брюках проходил, три штуки изорвал. А ты где, интересно, прохлаждался?

Витюша покраснел. При его рыжеватости краской заливало все лицо.

— Не твое собачье дело! У меня каникулы!

— А у нас рук рабочих на раскопках и стройотряде не хватало.

Павел коротко глянул на меня и повернулся к Вите:

— И в самом деле, я тебя даже в институте на ремонте не видал.

Витюша набычился:

— У меня справка от врача.

— Ленная болезнь?

Все захохотали. Студиозов хлебов не корми — дай поржать.

— Пить и курить у тебя здоровье есть, а помочь родному институту нет?

— Я никому и ничего не обязан! Я свободный человек.

Я встал с места и подошел к столу, наливая себе еще вина:

— То есть ты свободен от обязанностей перед обществом, но оно несвободно по отношению к тебе. Платит за твою учебу и стипендию, заботится о твоем здоровье.

— Да пусть подавятся своими копейками! Нет, ребята, вы слышали? Серж у нас никак в комитет комсомола метит!

На кровати зашевелилось огромное туловище. Это очнулся наш местный «медведь» Иван Прибалов с пятого курса математического. Деревенский парень слыл своей обстоятельностью и серьезностью. Был мил и тих, пока его не трогали. Правда, его речь изобиловала жаргонизмами. Набрался по месту жительства. На севере ведь много зон.

— Витюша, тебе конкретно предъяву сделали, а ты общими фразами отнекиваешься. Ты сам по жизни кто? Я вот постоянно вижу, что ты у пацанов сиги стреляешь. Вот и сейчас на общак ни копейки не дал, а прикладываешься.

— Вам жалко? Не узнаю знаменитую двенадцатую либертарианскую комнату! — выглядел Витя кисло, ища поддержки у публики. — Вы что, братва? У нас же все за одного.

— И один за всех! — Павлу надоел паясничающий товарищ. — И в самом деле, Витюша, ни разу не видел, как ты скидывался. А денюжки у тебя точно есть. Постоянно шмотки новые и на девок тратишь, не скупишься. А мы, значит, побоку.

— Вот так, получается! Вот этот «совковый» активист вам дороже! — обвинительно протянул в мою сторону руку Витюша.

Прибалов сел, и кушетка под ним жалобно екнула:

— Ты бы гавкал поменьше, Витюша! Серый все лето в пахоте. Два месяца на раскопах, а потом у Коли в стройотряде вкалывал. Я с Истоминым работал, там пашут как ломовые лошади. Он работяга и за базар всегда отвечает. В дружине был, шпаны не испугался. Я бы с ним в разведку пошел. А такие, как ты в войну в полицаи шли.

В комнате стало тихо. Было заметно, что Ивана довели, а такое бывало редко. Витюша стоял со слезами в глазах, затем истерически замахал руками. Но так ничего не сказав, убежал.

— Вань, может, зря ты так?

— Паша, ты что не видишь, что это говно человек. Сколько он тут порожняка постоянно гнал! На Западе то, на Западе сё. А я, может, Родину люблю и слушать мне такое противно. И ведь никаких доказательств не представил.

— Да гонево там все в Голосах, — высказался кто-то. — Был один случай с аварией на Волге. А у меня там родственники живут. Дядька на буксире ходит, в спасработах участвовал. Половина в Голосах была наврана.

— У нас, вообще не сообщили. Молчок.

— Но врать то зачем?

— А чего скрывать правду?

Иван потянулся к банке с закуской и заметил:

— Вот что, пацаны, скажу — Неправильно это все!

Неожиданно все рассмеялись. Такой внушающий уважение вердикт оказался в тему.

— Может, вернуть Витюшу?

— Да ну его! Много гонору, а мало хлопа.

— Зато новостей порядком вываливал.

Павел хитро скосился в мою сторону и произнес:

— Сейчас Серега нам новости расскажет. Что вы там нашли? Слухи разные ходят.