– Да кто вообще в ней заинтересован? Это старейшины заинтересованы, - буркнул я настолько тихо и неуверенно, что даже манул не услышал. Потому что…

Нет, я ее не хочу и чувств к ней как самец не испытываю. Гниль все побери, я не любитель детей. Но… ничего не понимаю. Одна мысль о том, что маленький наглец лазил в окно ее спальни, вызывает во мне огненную вспышку ярости. Вообще мне не свойственную. В смысле, я, конечно, знаю за собой эту черту — вспыхивать от злости. Но я умею себя контролировать не только внешне. Этим я и отличаюсь в лучшую сторону от остального молодняка огненных василисков. Я владею своими чувствами, а не они мною.

За исключением одной пушистой микроскопической пакости.

Побурчав про себя еще немного и перебрав в голове с десяток нелестных эпитетов в адрес курицы, я все же улегся в кровать и, вопреки собственным ожиданиям, почти сразу уснул.

А утром решил, что Тайгри прав. Ловить геккона за хвост прямым хватом — гнилая затея. Он отбросит свой никчемный куцый отросток и поскачет отращивать новый, а я останусь с липкой гадостью в руках и без каких-то правильных результатов. Еще и от старейшины прилетит.

Нет, я буду умнее. Если василискам нужны гекконы — они их получат. Если у меня должна быть ручная курица — пусть готовится кудахтать по команде и клевать зерно с моей ладони.

Приняв такое решение, я первым делом по выходе из комнаты направился к двери Дон Зульбефара и снял запирающую печать. А потом вежливо постучался.

– Чего тебе?
– Мелкий паршивец выглядел заспанным и недовольным. И наглым!

– Пора на занятия, друг мой.
– Я любезно улыбнулся прямо в вытаращенные черные глаза.
– Как ваш куратор, я обязан проследить за самыми слабыми и проблемными из своих подопечных. Одевайся, пожалуйста, быстрее, мы идем на завтрак.

– Мы?!

– Я собираюсь также забрать из общежития и сопроводить в столовую, а потом и на занятия еще одну студентку. Ты догадываешься какую? Молодец. Если не хочешь, чтобы мы с ней ушли одни, поторопись. Чуть позже к вам присоединятся воробей и тушканчик с подготовительных. Если их не заберут домой, конечно.

Геккон открыл рот. Закрыл. Моргнул. И выдал чуть слышным шепотом такую забористую матерную тираду, что я поневоле заслушался.

– Ты что-то сказал, друг мой?

– Нет. Сейчас, - хмуро отозвался поганец и скрылся в комнате.

А через полминуты уже выскочил в коридор, одетый, умытый и даже почти причесанный. Я бы позлорадствовал, глядя на его мокрую и взъерошенную шевелюру, если бы этот хитрый мерзавец не выглядел так, что спотыкались все встречные девицы. Кажется, они с большим трудом удерживались от того, чтобы не схватить геккона и не заняться его прической лично. Бр-р-р… и ни капли магии.

Как он это делает, гаденыш?! Нет, не так. Как вообще мужчина может так унижаться, превращая себя в предмет умиления и сочувствия? Это уже не мужчина, это просто бесполезная кукла!

– Ах, к-какая прелесть!
– при виде него предсказуемо кудахтнула курица, которую я все же успел перехватить в дверях ее комнаты.
– Алана, посмотри, к-кто пришел! Мальчики!

Кха… погодите-ка. Это она не только про геккона сказала «прелесть»?! Но и про меня?! Сравнила меня вот с этим?! Нет, даже не сравнила — приравняла!

Тем временем из-за плеча цыпленка выглянула гиена и расплылась в такой плотоядной ухмылке, что даже мне стало не по себе. А вот геккон ни капли не стушевался. Быстро чмокнул курицу в щеку(!!!), а потом привстал на цыпочки и одарил таким же поцелуем гиену.

Вот здесь ошалели все. И гиена первая.

– Чудно выглядите, девочки, - мурлыкнул наглый недоросток, удовлетворенно скосив большой черный с золотом глаз на меня. И тут же якобы спохватился: - Ах! Простите мою фамильярность, дамы, это привычка. У меня две сестры, постоянно их так встречаю.

– Ну-ну, а у меня три брата, - хихикнула курица и чмокнула его в ответ.

А потом вопросительно посмотрела на меня, по-цыплячьи склонив голову набок.

Что?

В смысле…

Меня она тоже хочет поцеловать, что ли? Или хочет, чтобы я это сделал?

Это… Не то чтобы неприемлемо.

Но я в жизни ни с кем не целовался, даже в щеку. У василисков нет сестер. Я даже матери своей не помню, она родила меня по контракту и ушла обратно в свой клан.

Кошмар, получается, мелкий наглый геккон в этом смысле опытнее, чем я? И у него есть преимущество?

Ну нет.

Я быстро шагнул навстречу девушкам, подхватил курицу под крылья, приподнял и… поцеловал. Только не символично в щеку, как изначально хотел. Она как раз в этот момент трепыхнулась, повернула голову ко мне и наши губы соприкоснулись.