Фейерверк они наблюдали с балкона дворца. Сельма устроилась на плечах у Багиры и завороженно смотрела на россыпи огненных брызг, рассекающих небо. При этом уши она плотно зажимала ладошками. Глаза девочки сияли от восторга, и домой она явно не собиралась, хотя Эльза уже не раз звонила и справлялась. Сандро предлагал оставить девочку ночевать во дворце, но та не разрешила.

Постепенно гости разбрелись по парку, Сельма с Громовым куда-то подевались. Дэн и Сандро сидели на балконе и лениво смотрели в небо, время от времени перебрасываясь малозначительными фразами. Пришел Багира, принес торт. Парни отказались, и он радостно приговорил все три куска.

Но долго так посидеть не довелось, к Александру подошел обеспокоенный охранник.

— Ваше величество, взгляните, — он протянул Сандро с ладони двумерный экран, — что нам с ними делать?

Сандро посмотрел на экран, и его губы растянулись в улыбке, Дэн и себе заглянул через плечо друга. Изображение передавалось с одной из камер Тронного зала. На троне, свернувшись клубком и подложив ладошки под щеку, спала Сельма. Рядом на полу, сложив на груди руки и откинув на трон голову, дремал Громов. Перед ними в воздухе зависло изображение раскрытой книги, Дэн узнал сказку. О бедной девушке, которая на один вечер стала принцессой и, убегая с бала от принца, потеряла хрустальную туфельку.

— Интересно, кто из них первый отключился? — хмыкнул Дэн.

— Это зависит от того, кто кому читал. Не волнуйтесь, Стивер, все в порядке, — император встал и направился к Тронному залу. — Идем, Дэни, разбудим моего телохранителя. И Сельму нужно отвезти домой.

— Но как можно… Это же трон, ваше величество!

— Этим все можно, Стивер, — засмеялся Александр, — подождите нас здесь.

Дэн, Сандро и Багира вошли в Тронный зал и, стараясь ступать как можно тише, поднялись по ступенькам.

— Умаялась, бедная девочка, — качнул головой Багира, понижая голос до шепота, — так и не дождалась торта.

Они немного постояли, любуясь спящей малышкой. Ее густые игольчатые ресницы слегка вздрагивали, отбрасывая тень на нежное личико. Багира наклонился к Громову, трогая его за плечо, и ему в лоб тут же уперся ствол бластера.

— А, это вы, — Егор опустил бластер и потянулся, — чего набежали?

— Хорош дрыхнуть, Громов, — Багира потер лоб, где его только что касался бластер, — давай Сельминку домой отвезем.

— Гораций уговаривал ее лечь спать в гостевой комнате, но она ни в какую. А я вижу, у нее глаза слипаются, мы и пришли сюда, — Громов свернул экран в браслет и поморщился, расправляя затекшие ноги. Затем осторожно, чтобы не разбудить, поднял девочку на руки и направился к выходу. — Серега, подгоняй машину.

* * *

Праздник подходил к концу, гости разъезжались по домам, и Дэн отправился на поиски Ваниссы. Все же им следует поговорить. Он обнаружил ее возле брата, подошел и уверенно взял за руку.

— Я проведу ее Ллойд, поезжай сам, мы возьмем такси.

— Такси? — Ванисса подняла голову и мечтательно посмотрела на звезды. — Такой вечер чудесный, я бы прогулялась.

При этом она незаметно высвободила руку.

— Хорошо, пойдем пешком. Если устанешь, скажи.

Ллойд улетел, а они медленно пошли по ночному городу. Ванисса спросила Дэна об их с Сандро путешествии, и Дэн сам не заметил, как начал рассказывать. Все по порядку. Как Эльза с Сельмой помогли им бежать с Бадалоны. О Броде, Айрисах, песчаных ящерах. О Силере Моргане и капитане Санарском. Ванисса слушала очень внимательно, казалось, ей и правда было интересно.

Она обхватила себя за плечи, замерзла наверное. Дэн набросил ей на плечи пиджак и обнял. Девушка не стала отказываться, а даже сама прижалась к Дэну, и ему было так хорошо и спокойно, как уже давно не было. И когда они подошли к дому Бернов, ему даже стало жаль, что прогулка закончилась.

— Может теперь пройдемся ко дворцу и обратно? — предложил он. Ванисса засмеялась.

— Ты же мне все рассказал, Дэни. О чем мы теперь будем говорить?

Дэн развернул ее к себе и обхватил ладонями ее лицо.

— Ну наконец-то, — серьезно сказал он, — ты назвала меня Дэни. А то целый вечер я был Даниэлем, думал, еще раз скажешь на меня Даниэль, и я завою.

Ванисса удивленно молчала, и тогда он начал ее целовать так, как ему хотелось весь вечер, долго, медленно, требовательно. И она отвечала, положив руку ему на затылок, и от этого внутри него поднималась обжигающая волна и затуманивала разум. Он словно утонул в этом поцелуе, с ним совершенно точно такого еще не было.

Ванисса резко прервала поцелуй и отстранилась.