Между тем, Давен продолжил:

– Глупо это конечно. Среди северян подобных мальчишек пруд пруди. Вон, например, даже ваш Норд ничем не отличается от сбежавшего паренька.

Я натянуто улыбнулся, размышляя, а не сигануть ли мне за борт. Громкий треск и сильный толчок прервали ход моих мыслей.

– Понтус, рыбья ты морда! Имперскую бирему тебе в сраку! Неужто брёвна посреди реки не заметил?!
– проорал на рулевого Давен.

– Простите, капитан, виноват, отвлёкся, - отозвался пристыженный моряк.

– Виноват!
– передразнил его лодочник.
– Будь мы в береговом братстве, я бы велел тебя высечь, но раз уж ты виноват, то мы поступим с тобой по-другому.

Дружный хохот команды заставил рулевого покраснеть. Однако от меня не укрылось то, как задумчиво он всматривался в моё лицо перед самым столкновением.

– Неужели он что-то заподозрил или он меня узнал?

Стараясь вести себя максимально спокойно, я сел спиной к рулевому и постарался не привлекать внимание.

– Наставник, скажите, а почему эта река не замерзает?
– едва слышно спросил я.

– Её питают горячие источники, - ответил друид.
– Конечно, ниже по течению лёд иногда появляется, но большую часть зимы Широкая остаётся открытой для судоходства.

– Учитель, а чем занимается речной народ?

Сидевший недалеко от нас Давен ответил вместо мага.

– Раньше мы переправляли товары из Антверпена в глубину материка, но с появлением Ганзейского союза, наши дела захирели и пришли в упадок. Теперь мы занимаемся перевозками путников. А ещё изредка закупаем товары для отдалённых поселений и ведём с ними кое-какие дела.

– Странно, я слышал, что вы все занимаетесь контрабандой, - хохотнул Айсгрив.

– Каждый выживает, как может, - философски заметил лодочник.

– Тут вы правы, - сказал я, задумчиво поглядывая на сосредоточенно ворочавшего кормовым веслом рулевого.

Уж очень мне было неприятно ловить на себе взгляд этого скользкого типа. Не зря Давен обозвал Понтуса рыбьей мордой. Сравнение угодило в самую точку. Большие слегка раскосые глаза и крупные губы придавали лицу парня сходство с этакой ленивой рыбой. Подсознание почему-то то мне усердно твердило, что этот непримечательный человек, похожий на деревенского увальня, что-то замышляет.

Судя по всему, Торн уверен в команде этого судна и не опасается, что информация уйдет налево. Только вот мне, почему-то кажется, что эти ребята из речного народа больше занимаются контрабандой и прочими нехорошими делами, а раз так, то доверять им не стоит. Будь моя воля, я бы их просто шлёпнул. Так, стоп, это, похоже, во мне заговорили остатки личности Серпентеса. Как бы то ни было, по прибытии в Антверпен мне будет нужно позаботиться о маскировке.

Солнце только начало клониться к закату, как впереди послышался шум падающей воды. Капитан баркаса Давен, всё это время развлекавший нас байками про речных драконов и прочих монстров, спешно поднялся и оттеснил от руля Понтуса. Поведя веслом в сторону, лодочник велел спустить парус. Гребцы, всё это время игравшие в кости, поспешно убрали мачту. Убедившись, что судно потеряло ход и развернулось носом в сторону берега, лодочник прорычал:

– Беритесь за вёсла, беременные селёдки, к завтрашнему утру баркас уже должен быть на воде.

Под мерный скрип вёсел наше судно медленно направилось к берегу. Обогнув небольшую песчаную отмель, мы подошли к почерневшей от времени деревянной пристани. Давен, вернув к рулю Понтуса, встал на носу баркаса и рассматривал двух бандитского вида мужиков, стоящих на деревянном настиле.

– Айсгрив, будь на стороже, нас встречает стража герцога, - тихо произнёс друид.

Воин слегка кивнул и перехватил топор поудобнее.

– Кого я вижу! да это же Мундек и Эдек, два главных пропойца, - рассмеялся наш кормчий, едва мы приблизились к пристани на пару десятков метров.

– Кого там Тёмный принес?
– раздражённо буркнул один из толстяков.

– Да ты что, Мундек, неужели не узнаешь дырявую лоханку бездельника Давена?
– громко сказал один из местных стражников.

Я в это время рассматривал местный комитет. Хах, повезло, эти два жирных борова в хлипких кожаных нагрудниках меньше всего были похожи на серьёзных бойцов.

– Сушите вёсла! скомандовал капитан.

Один из гребцов швырнул воинам просмаленый канат.

– Эдек, где же уважаемый Мудий? Неужели произошло непоправимое?
– всплеснул руками Давен.

Пока один из воинов подтягивал баркас к пристани, а второй сбрасывал сходни, я увидел ковыляющую к нам фигуру.

– Швартовка у причала стоит две имперские парки, - послышался дребезжащий старческий голос.

– Ну вот, накликали кровососа, - буркнул Давен, сноровисто взбираясь на пристань.