Киваю как ненормальная и начинаю без остановки рыдать. Как по щелчку включается музыка, но я не слышу ничего, просто падаю в любимые объятия, всхлипываю в шею и таю от дрожащего шёпота, которым Егор без остановки повторяет «люблю».

Думала ли я, что наши отношения закончатся свадьбой? Возможно. Представляла ли, что это случится так скоро? Однозначно нет. Жалею ли? Нет. Сотню раз нет. Почему-то именно сейчас приходит понимание того, что говорила мама Колосочка. Я готова идти на уступки ради него и знаю, что он будет идти на уступки ради меня.

Обнимаю крепко и отпускать не хочу, как дурочка плачу, счастливо прижимаясь только ближе. Егор шепчет без остановки, что любит, целует в висок и щёки, нос, лоб, веки, все лицо расцеловывает, пока я чувствую себя самой счастливой на целом свете.

— Поздравляю с созданием новой семьи! — говорит регистратор, когда с дрожащими руками мы ставим подписи и обмениваемся кольцами. Я все ещё плохо понимаю, что происходит, действую на автомате, но точно знаю, что жалеть о произошедшем не буду никогда.

Егор, он… он проделал такую работу! Договорился в ЗАГСе, купил кольца, организовал это всё, чтобы сделать меня счастливой. Я точно уверена, что брачные узы для мужчин значат гораздо меньше, чем для женщин, и именно поэтому смело могу заявить, что сделал Егор это всё для меня одной.

На улицу он снова выносит меня на руках, и я опять плачу, но уже от бесконечного счастья. Смех слезами покрывается, точно я какая-то истеричка, и когда оказываемся с Егором в машине, тянусь к любимым губам с поцелуем. Не могу ждать, сильно хочу целоваться.

— Я так тебя люблю, — всхлипываю, оставляя короткие поцелуи на губах Егора. Официально жена, с ума сойти можно.

— И я люблю тебя, Неженка, — Колосов отстраняется и прижимается лбом к моему, с нежностью заглядывая в глаза. — Но это ещё не всё. Поехали дальше?

— Куда ещё? — удивляюсь искренне, что он ещё мог придумать? И так поженились уже, куда больше?

— Сюрприз, — опять хитрая улыбка, очень хитрая.

Мы едем снова недолго, приезжаем в один из спальных районов города, и Егор паркуется у подъезда, останавливаясь.

— Приехали.

Выходим из машины и я тут же натыкаюсь взглядом на маленький черный комочек, который с трудом видно около лужи и грязных остатков снега. Маленький котенок еле слышно пищит, ему наверняка страшно и холодно и, кажется, он совсем никому не нужен.

На глаза наворачиваются слезы, я присаживаюсь на корточки и беру малышка в руки: он даже меньше моей ладошки, совсем крошечный. Грязный, дрожит, пищит еле слышно…

— Егор, — чуть не плача зову Колосова и показываю ему кроху. Я не могу его оставить, не могу. Заберу себе, даже если с мамой скандалить придётся, но бросить ребенка на улице не посмею.

— Давай его сюда, — Колосочек протягивает мне маленькое полотенце, видимо, было у него в машине, и я укутываю в него малыша, как в кокон, прижимая к груди и согревая в ладонях. Слёзы сегодня текут по щекам непрерывно, с уверенностью могу назвать этот день самым лучшим за все двадцать лет. — Не плачь, солнце, не бросим мы его. Сейчас купим молочка ему и что-нибудь покушать.

Я не узнаю Колосова. Это какой-то другой мужчина, но думаю, это из-за нервов и переживаний. Он чересчур собранный и правильный, этим Егор обычно не отличается, но в целом мне всё равно, я любого Егора люблю, даже когда он кричит на меня и в порыве злости несёт всякую чушь.

Держу малыша крепко, пытаясь согреть, пока мы поднимаемся на лифте на четвертый, кажется, этаж. Крошка согревается и смотрит на нас черными бусинками, а когда мы входим в какую-то квартиру, которую Егор открывает своим ключом, настаёт уже моя очередь странно смотреть по сторонам.

— И где это мы?

— У нас дома, — улыбается Егор и бросает ключи на тумбу в прихожей. — Снял квартиру, купил кое-какие вещи. Три комнаты. Спальня, гостиная, и одна комната, чтобы ты могла работать и принимать там клиентов. Нравится?

Нравится ли мне? Да у меня слов даже нет, чтобы выразить все свои эмоции и чувства!

Это самый, самый лучший мужчина на всем белом свете, и я опять реву, потому что от любви к нему слёзы сами по щекам катятся.

Подхожу к Егору и упираюсь лбом в его подбородок, всхлипывая.

Моё счастье размером с земной шар, его хватит на все человечество, правда.

— Я готова хоть закаляться начать, чтобы купаться с тобой в этом дурацком ледяном душе, Егор, — опять несу какую-то чушь, но иначе не получается. Я люблю этого мужчину, слишком сильно люблю, чтобы мыслить адекватно хотя бы сейчас.