– Разве у вас, - произнес он ледяным тоном, - нет книги записи на прием?

Секретарша промолчала - книга лежала перед ней на столе. Найдя фамилию посетителя, девушка с деланным равнодушием взглянула на него и провела золотистым холеным ноготком до конца строчки, где было указано время приема. Потом посмотрела на встроенные в столешницу часы, щелкнула рычажком селектора и сказала:

– К вам мистер Чарли Бэкс, господин Архивариус.

– Пусть войдет, - откликнулся селектор.

– Можете войти, - проговорила девушка.

– Сам знаю, - отрезал посетитель.

– Какой вы грубый, - не удержалась секретарша.

– Чего?
– рассеянно переспросил Чарли, думая о чем-то постороннем, и, не успела она повторить, как он исчез за дверью.

Архивариус занимал свою должность давно, поэтому привык и любил, когда посетители относились к нему вежливо, уважительно и даже заискивали перед ним. Однако Чарли бесцеремонно ворвался в кабинет, ухнул на стол пухлую папку, без приглашения сел, подался вперед и, покраснев от натуги, рявкнул:

– Черт зияет что!

Архивариус ничуть не удивился - его насчет Бэкса предупредили, и он выработал целую стратегию, как обуздать этого непоседу. Но, увидев перед собой настоящего верзилу, понял, что от стратегии пользы не будет ни па грош. И вдруг удивился по-настоящему - его изумленно разинутый рот и задрожавшие руки (а ведь он считал, что его уже ничем не проймешь) сделали больше любого заранее продуманного плана.

– Вот.., вот тебе и раз!
– недоуменно проворчал Пэкс и его негодование как рукой сняло.
– Ну и дела, звездолет мне в глотку!
– Он оглядел брови Архивариуса, в ужасе взлетевшие чуть ли не на макушку, и простецки улыбнулся.
– Пожалуй, не стоило на вас кидаться, вы же ни в чем не виноваты.
– И уже без улыбки добавил:

– Просто моя бюрократическая одиссея побивает все рекорды глупости и разгильдяйства. Знаете, сколько порогов я обил, таскаясь с ней, - он ткнул пальцем в пухлую папку, - по инстанциям после возвращения?

Архивариус знал, по все-таки спросил:

– Так сколько?

– Предостаточно, и все же хлопот было гораздо меньше, чем тогда, когда я собирался на Вексфельт.
– Чарли внезапно захлопнул рот, щелкнув челюстями, и пронзил старика взглядом, подобным лазерному лучу. Архивариус изо всех сил старался не опустить глаза - даже стал подаваться назад, но вскоре уперся в спинку кресла, задрав подбородок к потолку. Он понял, что оказался в дурацком положении - как если бы его втянули в драку с незнакомцем.

Первым отвел глаза Чарли, но не по воле Архивариуса. Взгляд Бэкса был столь пронзителен, что в тот момент, когда посетитель опустил глаза, старику показалось, будто его перестали давить ладонью в грудь, и он чуть не упал на столешницу.

Однако Чарли не подозревал о своей маленькой победе Он напряженно над чем-то поразмыслил и произнес:

– Пожалуй, вам стоит узнать, как я очутился на Вексфелые. Сначала я не хотел об этом рассказывать - вернее, думал поделиться только тем, что, па мой взгляд, вам следовало знать. Но потом вспомнил, сколько мне пришлось попортить крови, чтобы попасть туда. А сколько еще, чтобы достучаться до вас!.. В общем, одно другого стоит. Но с меня хватит. Я уже здесь и не намерен больше хороводы водить. Как избежать этого, я еще не знаю, но клянусь рогами всех чертей в аду - меня эта бодяга уже достала! Поймите!

Последний возглас недвусмысленно призывал Архивариуса к примирению, но старик не мог взять в толк, с чем ему следует примириться. Поэтому он, как истинный дипломат, предложил:

– Расскажите обо всем, да по порядку, - и добавил, не повышая голос, но очень веско:

– Только не шумите. Чарли Бэкс громогласно расхохотался.

– Наверное, нет такого человека, который, поговорив со мной минуты три, не захотел бы на меня цыкнуть. Так что добро пожаловать в "Клуб любителей цыкать на Чарли". Одна половина населения Вселенной уже состоит в нем, а вторая с нетерпением ждет вступления. Впрочем, простите меня. Я родился и вырос па планете Бнлули, где нет ничего, кроме ураганных ветров, песчаных бурь и штормов. Приходится орать, даже когда хочешь что-нибудь прошептать.
– Он немного понизил голос.
– Но цыкали на меня не только те, кто был недоволен моими шумными речами. Я имею в виду нечто совсем иное. Исходя из разных мелочей, я пришел вот к какому выводу: есть никому не известная планета.

– Таких тысячи...

– Я хочу сказать, что есть планета, о которой никто не хочет знать.

– Классический тому пример - Магдилла.

– Да, воздух там населен галлюцпногенными бактериями четырнадцати видов, а вода вызывает рак. Никто не полетит туда сам и другому путь закажет, однако сведения о ней получить проще простого. Нет, я имею в виду планету, подходящую для колонизации па девяносто девять процентов. И на девяносто девять и девяносто девять сотых процента. Или... Словом, после запятой можно написать столько девяток, что в конце концов покажется, будто она по природным условиям превосходит саму матушку-Землю.

– Это все равно, что сказать о человеке: он нормальный ни сто два процента, заявил Архивариус.

– Только если вы любите статистику больше правды, - возразил Бэкс Поймите: воздух, пода, флора, фауна, полезные ископаемые - в общем, все на этой планете как нельзя более пригодно для жизни людей; добраться до нее не сложнее, чем до любой другой, а о пей никому не известно. Или бюрократы притворяются, что не знают о ней. А если припрешь их к стенке, тебя отфутболят в другое ведомство.

Архивариус пожал плечами: