Очутившись в деревне, они на скорую руку перекусили в местном трактире и отправились дальше на север, чтобы потом, в сгущающейся темноте, повернуть на запад. В лесу было так темно и страшно, что Джубилит снова взяла его за руку. Вскоре они остановились и развели костер. Оссер наломал мягких гибких веток и широкие листья папоротника и из них приготовил ей постель, а сам устроился под деревом, держа в поле зрения и ее и огонь.

. За долгую ночь Джубилит просыпалась дважды. В первый раз она заметила, что глаза Оссера были закрыты, но почувствовала, что он не спит; во второй раз она обратила внимание, что в них отражаются догорающие языки пламени, и решила, что он спит, или, по крайней мере, куда-то унесся в своих мечтаниях, где ей, наверное, нет места.

С наступлением утра, собрав на завтрак ягоды и умывшись в весело журчащем ручье, они опять двинулись в путь. В течение долгого перехода Оссер и Джубилит лишь обменивались короткими фразами, вроде "Ты первый иди", "Осторожно - можно упасть", "Еще не устала?".

Джубилит ничего не требовалось объяснять. Она не имела ни малейшего представления, куда ведет ее Оссер, и почему он так поступает, но понимала, что, повинуясь его желанию, им во что бы то ни стало надо добраться до желанной цели как можно скорее и никем не замеченными.

Как могла, она помогала ему преодолевать тяготы перехода, стараясь не докучать вопросами, которые можно будет задать позднее, в более подходящее время. Поэтому они перебрасывались отрывистыми предложениями: "Вот там ягоды", "Смотри, красная птица", "Пойдем прямо или обойдем?". И больше ничего.

***

Шли они легко и быстро, благо погода стояла хорошая, и вскоре достигли тех мест, которые местные жители окрестили Кривыми холмами. Раньше Джубилит видела их только издали.., огромные, не правильной формы образования из земли и камня, громоздящиеся на западной стороне, где никто и никогда не был, и о которых она толком ничего не знала.

Перед ними лежала открытая местность, и Джубилит пожалела, что кончился живописный лес, полный жизни.

Здесь росла странная трава, похожая и вместе с тем непохожая на росшую возле их деревни. Трава была высокая, острая и с необычайно безобразными цветами. Тут и там попадались пересохшие глубокие овраги, как будто великан в этом месте расплескал ведро, заполненное кислотой. Ни животных, ни птиц, одни лишь редкие насекомые. Такой пейзаж навевал грусть; страха он не вызывал, а сожалений - много.

Ближе к полудню они приблизились к огромному искривленному хребту, сложенному из каменных глыб. В этом месте земля словно встала на дыбы, противясь неведомой силе и не желая вступать с ней в схватку. Когда они начали взбираться, Оссер ускорил шаг, и хотя Джубилит пришлось тяжело, она поняла, что близится конец и, стиснув зубы, старалась выдержать жесткий теми.

Достигнув вершины, обдуваемой всеми ветрами, они остановились и принялись обозревать местность, раскинувшуюся перед ними.

Каменная граница, на которой они стояли, имела почти правильную круглую форму диаметром в полторы мили, и в ее центре находилось озеро с усеянными щебенкой голыми берегами.

Но не красивое озеро привлекло их внимание, а неподдающиеся описанию и заросшие сорняками обломки огромной конструкции искореженных и тускло поблескивающих металлических перекрытий и балок, торчащие из земли. На площади в полгектара, рядом с искореженной грудой металла, на боку лежало сооружение из ламинированного камня, имевшее отдаленное сходство с глубокой тарелкой.

– О таком высоком здании Джубилит даже не слыхала.

Постепенно она уловила определенную закономерность этого ни на что не похожего места: все обломки сооружений, образуя чудовищную свалку металлолома, располагались строго перпендикулярно относительно центра озера, расходясь от него лучами.

– Что это?
– выдавила она наконец.

– Почем я знаю, - глухо ответил Оссер. Он подошел к краю обрыва и, скользя и падая, стал спускаться. Когда Джубилит настигла его, он сказал:

– Этого добра на запад и на север отсюда на многие мили.., там еще больше. Но мы пришли не ради него. Смелей!

Он поглядел направо и налево, сориентировался и нырнул в густые заросли, которые тщетно пытались скрыть переломанные металлические кости. Джубилит старалась не отставать, еле успевая отводить в сторону ветки, чтобы не хлестали по лицу.

Пройдя шагов сорок, Оссер свернул за острый выступ камня и как сквозь землю провалился.

Джубилит остановилась, беспомощно крутя головой. Вокруг нее были сплошные сорняки и одинокие руины, навевающие скорбь. Оссера нигде не было видно. Она прислонилась плечом к камню, не зная как быть.