"Это мозговая карта чужого человека, идиот!" - вопила она, тыча в виртэк, развёрнутый в воздухе прямо перед носом отца.

"Какого чужого, что ты мелешь! Вот, тут же написано: Трухаков Геннадий Викторович - это мой отец!"

"Приёмный отец, Кира! Приёмный!!"

"Как... приёмный?" - растерялся Кирилл Трухаков.

"Да ты что, совсем больной?!" - мать в ужасе смотрела на мужа, а он на неё.

Потрясение обоих было столь сильным, что они даже не заметили тихо возникшего на пороге "мастерской" сына.

"Ты что?
– голос матери вдруг упал до хрипа.
– Ты действительно не знал, что он тебя усыновил?"

"Нет! Мне никогда об этом не говорили..."

"Боже...
– мать в ужасе села прямо на пол.
– Как же... Да как же это?!
– вдруг снова громко закричала она, схватившись за голову.
– Как ты... как можно было не знать?! Не узнать?! Не выяснить?!! Ведь это так важно, нам давали список противопоказаний, нас сто раз предупреждали о важности наследственных показателей до третьего колена! Как же ты допустил? Как ты мог?!"

"Да я всегда считал, что мой отец - Трухаков Геннадий Викторович! Мне сказали передать мозговые карты моих родителей, плюс список перенесённых ими заболеваний, я всё и передал! Никаких других данных о третьем колене от меня не требовали! Откуда я должен был понять, что мой отец - не родной? В голову не пришло".

"В голову не пришло?! Да ты..." - сорвав свои розовые очки-юнифон, мать закрыла лицо руками и громко разрыдалась.

Потом она встала и побрела в ванную, а её не успевший перейти в неактивный режим юнифон остался лежать на полу, позволив Игорю переписать найденные матерью сведения о своём настоящем, биологическом дедушке.

Звали его Фёдор Игнатьевич, и профиль мозга он имел самый что ни на есть "цепкий", противопоказательный. Вот этот, передавшийся через поколение, профиль и вступил в конфликт с генной оптимизацией внука, заставляя мозг медленно, но верно убивать своего обладателя.

Но больше всего поражало не это, а то, что дед, оказывается, обладал экстрасенсорными способностями! Причём такими, что успешно зарабатывал ими на жизнь! Потрясённый этим открытием Игорь полночи просидел в сети, читая отзывы людей, обратившихся к Фёдору Игнатьевичу за помощью.

"...Я даже не успела задать ему вопрос, как он уже на него ответил! Он рассказал мне всё о смерти брата, и груз, который давил целых десять лет, упал наконец с души..."; "Я сделала так, как он посоветовал, и у меня всё получилось! Спасибо!"; "...Он видит прошлое и будущее, он открыл мне глаза..."; "...изменил мою жизнь..." и т.д. и т.п. Встречались, конечно, вопли о шарлатанстве и зря потраченных деньгах, но они лишь подчёркивали общую картину успехов деда, делая её более выпуклой и естественной.

Так вот что несёт в себе этот цепкий профиль мозга!
– сглатывая подступавшие к горлу слёзы, думал Игорь, - способности к ясновидению! Способности, которые у него так глупо и жестоко отняли, насильно навязав эту проклятую генопту! Его не просто лишили нормальной жизни, его лишили вообще всего!!!

Игорю захотелось немедленно позвонить деду, но была уже глубокая ночь. Тогда он решил написать, но никак не мог подобрать слова - в голове творилась такая неразбериха! В итоге, так и не начав письмо, Игорь выключил юнифон и упал на кровать, уставившись широко открытыми глазами в темноту и представляя, как встретится с Фёдором Игнатьевичем. Да, с ним нужно обязательно встретиться, ведь это его родной дед! И если он уже помог стольким людям... стоп! Игоря внезапно пронзила мысль, и он резко сел на кровати, не понимая, почему не подумал об этом раньше: если его родной дед был ясновидящим, то почему не предотвратил генную оптимизацию внука?! Почему не объявился, не объяснил своему биологическому сыну о последствиях? Если он видел будущее чужих людей, то уж своего собственного внука и подавно?..

Так и не найдя ответа на этот вопрос, Игорь уснул и увидел во сне деда.

Они стояли посреди чистого поля, и не было вокруг ни дорог, ни домов, ни людей, ничего...

"...Я пытался, - говорил Фёдор Игнатьевич, печально качая головой.
– Но у меня ничего не вышло".

"Что значит не вышло?!
– возмутился Игорь.
– Достаточно было просто сказать, что ты - мой дед и показать свой профиль мозга!"

"Ты не понимаешь... Твоё будущее - это в любом случае страдания многих людей, которые тебя проклянут, и только ты один можешь это предотвратить. Ты должен уйти вслед за мной - это единственный способ остановить чёрное знамя смерти, иначе оно поднимется уже через две недели".

"Какое ещё знамя?
– растерялся Игорь.
– Куда поднимется?"

"Смерть! Ты будешь причиной многих смертей!"

"Почему?!"

"Такая у тебя судьба, но ты - ты сам!
– можешь изменить это!"

"Как?"

"Я же сказал: уйти вслед за мной!" - Фёдор Игнатьевич развернулся и двинулся прочь.

"Подожди!
– крикнул Игорь и побежал за ним, но поле стало растягиваться, не позволяя приблизиться к уходившей всё дальше фигуре.
– Дедушка!"

"Пятнадцать дней до первой смерти по твоей вине!
– Фёдор Игнатьевич посмотрел на него, и выглядело это жутко, потому что одна только голова его повернулась на сто восемьдесят градусов, а тело продолжало шагать, всё быстрее удаляясь от внука.
– Две недели на то, чтобы уйти вслед за мной".