– Не удивили, - пожал тот плечами.
– Я сам такой. Вы главное комсоргу или политруку такое не говорите, мозги съедят, китайскими палочками. Между собой ещё можно вот так открыто поговорить, а с ними только всё хуже станет. У нас кажется шесть фанатиков, эти сдадут. При них лучше такого не говорить. И речь вашу перед строем передадут, так что готовитесь к намыливанию шею.

– Да мне это как с гуся вода.

– А бойцы решили, что вы к девчатам в санроте вернуться хотели, уже нашли зазнобу, оттого и не хотите переводится. Многие считаю, что зря, разведчиков девчата больше любят. А так вот что скажу, поможем, научим, сможете работать в группе. Сам я от границы в разведбате, так в разведке до этого дня и бегаю. Вон, ни одной царапинки, трижды из окружения с частями прорывался, пока нашу дивизию не расформировали. Вот меня сюда и направили.

– Знаешь, взводная должность идеально тебе подходит, чего тебя не назначили?

– Была там одна история… В общем, не назначат. Выше старшины я теперь не прыгну.

– Даже так? Из разжалованных командиров? По возрасту… капитан?

– Да.

– Понятно. Ладно, нам в этом котле вместе варится. Давай обговорим обязанности, куда я не лезу, куда ты не полезешь.

– Об этом и хотел поговорить.

– Вот и отлично.

Мы так не спеша гуляя, рядом с частью, ещё не хватало военным патрулям попасться, и обговорили всё. Нормальный старшина мне попался, даже радует, вполне понимающий. Кстати, мои мотивы вполне понял. Если душа не лежит, зачем силой заставлять? Я сходил за вещами, должность прошлую сдал зенитчику, и дальше с разведчиками работал, кстати участвовал во всех их физкультурных занятиях, марш-бросках. Выносливости у меня не хватало, что есть, то есть, но я, сцепив зубы терпел. Более того, я нанял швею местную, достал куски брезента цвета хаки, и начала шить разгрузки, участвовали все разведчики в создании, как та должна выглядеть, и когда одна была готова, все мерили, чувствуя сопричастность к этому. Я на свои деньги заказал такие разгрузки на весь взвод, швея помощницу нашла, и они начали работать. Себе я две разгрузки заказал, под рожковые магазины «ППШ», и под прямые от немецкого «МП». Там же кармашек с индивидуальным пакетом и два для ручных гранат. Также нашёл рваную рыбачью сеть, починил и навязал пучки травы и жёлтые листья, что опадают на землю с деревьев. Проверка такой маскировки показал её высокую эффективность, бойцы оценили и начали вязать такие же.

Это то что было за три дня с момента, как я вступил в новую должность и эти три дня какая-то па*ла распускала про меня слухи что я трус, ну и всё такое. Причём целенаправленно, весь полк об этом говорил. Кто-то, неплохо зная психологию, давил именно на те чувства, что вызывали возмущение. Мне вслед уже плевались. Хотя этого полка было всего два батальона, где личного состава процентов шестьдесят, и третий батальон начал только формироваться. Хотя тылы почти полностью сформированы, что удивительно. И мои же бойцы меня защищали словесно, у них я пользовался уважением, старшина поговорил с ними, да и я особо себя не показывал слабаком. Вот, новые идейки начал осуществлять. Это из будущего что помнил, просто решил, что можно тут такие нововведения ввести, а в остальном мне портили репутацию. Подумал сначала на комполка, так это не он, политработники. Тоже не они, им этого не надо. Старшину отправил на разведку, тот через два часа пришёл, принёс весть. Начштаба воду мутит, через своих людей слушки распускает. Зачем ему это надо? Странный человек. Хотя капитан как раз человек комполка, без его одобрения тот бы такое не распускал. Ох чую что-то будет. Опять в неприятности втравят. Хотя мне от этих слухов ни холодно, ни жарко. Правда, постоянно песочили политруки, да и комсорг взвода на вид ставил не раз. Только время с ними тратил, лучше бы чем полезным занялись и мне работать дали.

Отпустив старшину, обдумывая такую информацию, я покину расположение и направился к одному интенданту. Недавно на него вышел. У нас снабженец в полку ещё тот, связываться с ним не хочу. А причина поиска такого человека, мне нужен тот, кто купит у меня «кюбельваген», да пару бочек с бензином. Если проще, я хочу частично освободить хранилище, а эти только место занимают. Велосипед и мотоцикл да, пусть будут, но вот машина мне в принципе не нужна, да и такой запас бензина тоже. Почему я вообще сделал такой запас? Да из-за страха. Колено болело, а если бы в ноги ранило, как до своих добираться? На мотоцикле? Не смешно, падать буду. Нужен автомобиль, на этом «кюбельвагене» я бы как-нибудь доехал. Однако страх ушёл, и я понял, что мне и машина, и топливо не нужно, только место занимает. А это тысяча двести килограмм на минутку. Одну бочку с бензином оставлю и хватит. Перед окончанием войны добуду, но сейчас обойдусь без них. А раз разведчик и во вражеском тылу бывать придётся, трофеи будут, обязательно будут, а места сводного нет. Так что хотел с интендантом договорится. Это через пару лет из-за массовости трофеи будут мало ценится, а сейчас вполне в цене, вот и воспользуюсь этим. Хочу обменять машину и бензин, на тушёнку, на хлеб в буханках. Сколько служу, консервов немало нам выдавали, но все рыбные, тушёнки за это время я ни разу не видел. Ну кроме своей личной. Вот куда девают? Сам интендант занят был, совещание, я сказал, что есть тема для разговора и тот попросил подождать. А когда снабженцы разошлись, меня пригласили к тому в рабочий кабинет.

В тему он въехал сразу, машину так заиметь был не против. Объяснил её появление тем, что знакомые разведчики в качестве возврата долга отдали. Насчёт тушёнки посмеялся, стратегический продукт, идёт на передовую бойцам, охране моста в тылу такое не почину. Обещал достать два ящика, но это всё что может, строгий учёт. Хлеба двести буханок, даже горячего ещё, ну и два пятикилограммовых пакета со смесью сухофруктов для компота и три килограмм чёрного душистого чая, он идёт для старшего командного состава. Это всё что я смог выбить у прожжённого торгаша. Дальше по Ильфу и Петрову, сначала деньги, потом стулья. Рассказал про генерала, что с наградой меня кинул. Того заинтересовало, но майор решил рискнуть. В общем, получил я что хотел, буханки убирал в вещмешки прямо на хлебопекарне, пальцы обжигали, горячие, по двадцать штук, и там в хранилище. А на окраине леса выдал и машину, и обе бочки. Одна чуть початая, там сто восемьдесят литров, другая полная. Он об этом знал, облазил трофеи, бочки на повозку загрузили, по доскам, а на машине тот сам уехал. Я так понял, себе оставлять её и не думал, куда-то в тыл отправит, ему явно было куда её пристроить с выгодой для того. С большой выгодой, слишком довольным был.

На шестой день с момента как я разведвзвод принял, был построен полк, почти полторы тысячи личного состава, и комполка взял слово:

– Товарищи бойцы и командиры. Я знаю, что ходят слухи о лейтенанте Одинцове, предлагаю опровергнуть их. Сам лейтенант не раз заявлял, что если захочет, даже немецкого генерала скрадёт. Так пусть докажет делом, что он может, не брехун, а настоящий разведчик.

А я смотрел майора и пазл складывался. Вот скотина, какую комбинацию разыграл. И тут уже ничего не сделаешь, всё решено за меня. Впрочем, даже если я откажусь и мой авторитет который итак опускали, окончательно ухнет вниз, я трусом не только по полку прославлюсь, но и фронту, но это меня не волновало. Волновало меня другое. Последствия всего этого. Хотя тут выбора уже не было, ловушка сработала. Поэтому я задал всего один вопрос:

– Сколько у меня времени?

Подстава была капитальная, комполка нарвался. Знаете, есть черта, которую не стоит пересекать, он пересёк. Я был убийцей раньше, я и сейчас научился убивать, хорошо научился. Не отлично, но умею. И разницы между немцами и этим майором, командиром полка ополчения, я не видел никакой. Что те враги, что этот. Ладно, сейчас тот забил в мои ворота, но ответка не заставит себя ждать. Будет немецкий генерал, ещё как будет, а вот потом уже пообщаемся. И вряд ли тот эту нашу встречу переживёт. Да и на передовой пули в разные стороны летают, бывает и из нашего тыла долетают. Это я конечно пока просто злобствую, мне пар выпустить надо, но насчёт майора не шучу. Просто пристрелить, это слишком очевидно, умные люди могут и на меня подумать. У нас особист в полку появился, не дурак, может и понять. Тот похоже по мою душу, второй день уже ходит, вижу часто. Кстати, в полку должен быть начальник разведки, мой непосредственный командир, но пока такой командир к месту службы не явился, хотя кого-то назначили.

– Пяти дней хватит?
– спросил комполка.

– С запасом, - был мой ответ, благо хоть и пришлось повышать голос, но кричать не требовалось, мой взвод стоял недалеко от трибуны с командованием полка, я же повернулся к старшине и сказал.
– Ведите взвод в расположение. Дальше всё по расписанию. Как вернусь, доложитесь о результатах.

Развернувшись, даже взмахнув полами шинели, я энергичным шагом направился прочь. Меня так никто и не остановил. А подразделения, стараясь отбить шаг, расходились по своим местам дислокации. Вообще по-хорошему надо бы в штаб вернуться, оформить бумаги на своё отсутствие, получить приказ, командировочные, но видеть эти рожи было выше моих сил. Мог и не сдержатся и начистить парочку. Вот так дошёл до окраин, дальше добрался до рощи, переоделся в гражданское, пальто, шляпу, и на велосипеде покатил в сторону передовой. Тут к Туле, за ней передовая, не так и далеко. Понятно, что на велосипеде далеко не уедешь, я двигался рядом с железнодорожным полотном. Подобрал место где крутой поворот, поезда тормозят, и вскоре забрался на площадку грузового состава. Тут не я один был, состав не военный, охраны нет, похоже порожняком шёл, что было немыслимо. К передовой и порожняком? Нет, что-то везли, но что неизвестно, теплушки закрыты. Около Тулы я покинул состав, ловко перекатившись на склоне, гася скорость. Отряхнув пальто, блин, почти новое, я его так уделаю, достал мотоцикл и по полевой дороге, объезжая лужи, покатил в объезд города. Показываться патрулям точно не стоит. Сегодня двадцатое октября, немцы на подходе к городу, так что уже темнело, можно и ускориться. Убрав мотоцикл, я переоделся в своё. Не в форму командира, а в красноармейское, ватные зелёные штаны, телогрейку и шапку-ушанку. Разгрузку сверху, автомат на бок, и побежал. Я уже месяц активно бегаю, у моста, теперь с разведчиками. Нарабатываю выносливость, результаты были мизерны, но были, так что с удовольствием пробежался. Дважды поднимал дрона, поглядывал что вокруг, потом полчаса на отдых, заодно зарядил батареи дрона и планшета, поначалу были наши войска, копались укрепления, даже ночью работы шли, а потом засёк вдали похоже немцев, стояли в деревне на ночёвке, силуэты их машин, но уже поздно было, светало. Устроился я на днёвку в разбитой авиацией бане, на окраине полу уничтоженного села, тут кого-то долго бомбили, баня была в таком состоянии, что вряд ли у кого интерес вызовет. На чердаке расстелил пенку, спальник, скинул верхнюю форму, вот так устроился и быстро уснул. Я уже поужинал, поэтому недолго лежал, усталость взяла своё.