Был момент, когда он как бы растерялся и уже было повернул назад, намереваясь разорвать наш такой плотный контакт, но я, помня подсказку Венца, не дала ему такого шанса — оплела ногами и зашептала самую сокровенную для любого мужчины просьбу: " Возьми меня!". Удовлетворённо отметила, как потемнели его глаза, как налился внизу его член, его готовность и близость заставили меня мучительно и страстно застонать, неистово выгибаясь ему навстречу. Неведомый некто выглянул из глаз робкого, серьёзного золотоволосого юноши, пристально и тяжело всмотрелся в мои полуприкрытые глаза, а потом всё рухнуло и смешалось! Клубилась сила, и моя, и мага, мы то вспархивали ввысь над кроватью, то снова падали на неё. Я удовлетворённо охала, ощущая в такие моменты, как глубоко и полно входит мой любовник в меня. Я судорожно цеплялась за его плечи, мои стоны и крики вязли в густом как кисель смешении древней, как само время, магии, и моей некры. Невесть откуда появившиеся клыки сильно впились в плечо, разорвали кожу, Оворн как безумный пил и пил мою кровь, рычал диким зверем. Острые когти располосовали мои бёдра, но я даже не чувствовала боли, так безумно хорошо мне было!

По правде, про дракона я сказала наугад — крылатый силуэт на снегу навёл на такую мысль. Руны на чешуйках говорили лишь об условиях, но подсказать, какую именно сущность они скрыли, не могли. " Санари" — прощение; " Алуиро" — пара; " Дэгоро" — родичи. Кто и кого должен простить, не понять уже за давностью веков и собственно не важно, ведь это условие было выполнено первым. Тогда, в Драконе, Оворн ощутил тепло, исходящее от артефакта, но внимания на это явление не обратил. Теперь же стало ясно, каким является второе условие — "пара". О драконах практически ничего неизвестно, но легенда о том, насколько важно для Крылатых иметь свою Пару, дошла до нас можно сказать в подробностях. То ли они специально сказали об этом донну, то ли сами донну с пиететом перед своими мудрыми учителями решили увековечить ритуал Обретения, сейчас уже не узнать. Но до наших времён дошла красивая легенда, что обретая пару, дракон обретает себя даже в большей мере, чем когда он осознаёт себя драконом.

Маг спал, он был измучен выбросом магии, который сопроводил наш обоюдный безумный оргазм. Я всматривалась в резкие, заострённые скулы, на длинные тени от тёмно-малиновых ресниц. А как сияли его волосы! Волны природного огня пробегали по ним, освещая и сбитую в комок простынь, и мирно спящего перерождённого мага… и меня. Два условия из трёх. Каким же будет третье?

— Мы искали дракона, а он был у нас под носом, — усмехнулась я и легла на сильное плечо. Полежу немного, послушаю твоё сердце… А когда ты проснёшься, мы вытащим Огонька. Возможно вы поможете друг другу. Незаметно для себя уснула.

Сон, не сон? Освещённый алым светом рассветного солнца, парил в небесах золотой дракон. С трубным рёвом он набрал разгон и стал стрелой падать вниз, но уже через несколько минут взмыл вверх опять, но уже с добычей — жирный чёрный кабан отчаянно визжал, когда когти дракона впивались в его бока. Трапезу мне не показали, зато показали момент, когда исполин окутался золотыми искрами и стал человеком. Длинные, такого же золотого цвета волосы, укрыли его роскошным плащом, он потянулся, фыркнул и нырнул в озеро, возле которого и сел позавтракать. Как он вынырнул! О-о-о! Ови, ты просто принц из сказки, честное слово! Я, как честная некромантка просто обязана на тебе жениться…

— Мори? Мори, любимая! — м-м-м, Эми? Открыла глаза, — оглядела комнату. В окно били яркие рассветные лучи. Маг не спал — смотрел на меня. Причём так, будто впервые увидел… или видеть не хотел?

— Эмиасс зовёт нас. Ови, не бери в голову! Мы должны были это сделать: это было одно из условий, — бровь мага поднялась в немом вопросе, — " Санари" — прощение; " Алуиро" — пара; " Дэгоро" — родичи. Мы с тобой, конечно, не пара, но…

— Почему? — глубоким, изменившимся голосом спросил маг и властно притянул меня к себе.

— Почему — что? — уточнила я.

— Почему мы с тобой не пара? — дополнил Оворн.

— Ну-у-у, — протянула я и стала понемногу выбираться из его рук, сейчас таких сильных, так волнующе поглаживающих мою спину и нижнюю её часть, — Я ведь не дракон… и у меня полно любовников. Я не могу по-другому! — честно созналась я, отводя глаза от пристального, жаждущего взгляда, — Сил у меня тогда больше, да и спокойнее я, когда… Оворн! Нас ждут… А-а-ах!

Молча, только взрыкивая иногда, уложил новоявленный дракон меня на кровать, накрыл собою и основательно довёл до состояния, близкого к помешательству. Его ласки, властные и сильные, его губы, точно угадывающие, где я хочу чтоб меня поцеловали — всё сводило с ума, заставляя гореть и плавиться. Привстал на руках и смотрит на меня, зрачки в глазах вытянулись на миг, на меня смотрело древнее существо, сейчас оценивающее, что делать с жертвой. Я замерла, даже моя тьма притихла, таким тяжёлым и осуждающим был взгляд.

— Ови? — позвала я мага, надеясь, что растерянный и нежный маг сменит такого строгого и жестокого чужака, — Если я в чём-то виновата перед тобой… прости меня, а? — эффект от моих шуточных извинений был совсем не шуточным! Амулет вспыхнул, на миг ослепив меня. Тяжесть мужского тела, такая восхитительная и привычная, вдруг исчезла. Я растерянно заморгала, пытаясь прогнать радужные круги перед глазами. Тьма усердно помогала своей хозяйке, прогоняя муть, как с души, так и с глаз.

В дверь стучали так усердно, что даже моя тьма стала сдавать под напором демонов. Ланнар предлагал спалить её к Бездне, ворон натурально рычал от злости, Эмиасс тревожно звал меня, Стойн пылал сомнениями и ревностью. А я… я смотрела на Оворна, который грубо швырнул мне платье и теперь с такой ненавистью пронзал меня взглядом…

— Третье условие ты знаешь, — сказала я, надевая порванное сзади и с боков платье, — Эми, я выхожу! — за дверью затихли.

Молча, пряча растерянный взгляд, прошла я мимо Заорана, Эми, Ланнара и чужаков. Огромное алое солнце покрасило воду в цвет крови. Такой мирный рассвет, и не скажешь, что на суше идёт война до полного уничтожения всех живых. Что произошло с Оворном? Он стал собой — это ясно. Какие воспоминания проснулись в нём? Кажется, я поняла… моя тьма, он увидел её и "вспомнил" благодаря памяти поколений, что произошло в тот их последний год.