— Какой же ты глупец! Керулий обманул к’чейн че’маллей. Он забрал наши души и унес их так далеко, что эти поганые ящеры решили, будто мы мертвы. Неужели ты забыл свои сны? Керулий спрятал нас в магическом Пути своего бога. Я, например, помню все до мелочей.

— Не знаю, как умиралось тебе. Но лично я умирал по-настоящему. И прекрасно помню, как жизнь уходила из тела. И переломанные кости тоже.

— Вечно ты споришь. Говорю тебе: Керулий спас наши души. Без них никакие целители нам бы уже не помогли. Свинья ты неблагодарная! А я вот помню: к’чейн че’малль подкинул меня вверх и вдруг… я очнулась совсем в другом месте. И надо мной стоял громадный волчара. Не настоящий, а вроде призрака. И я сразу поняла: этот никого сюда не пропустит. Он охранял меня. Понимаешь?

— И кем же был тот волк? Верным слугой древнего бога?

— Нет. У этого бога нет слуг. Зато у него есть друзья. Друзья, а не безмозглые приверженцы! Чувствуешь разницу? Не знаю, как ты, но я с того момента решила, что всегда буду с ним, Ворчун, душой и телом. Теперь я готова сражаться за него, потому что он всегда меня поддержит. И после этого древних богов называют ужасными? Я тут подумала: сколько же всякой чепухи с детства вбивали нам в головы! А мы верили. Да этот бог куда выше нынешних, которые только и знают, что вечно цапаться между собой и требовать себе все больше новых храмов и богатых приношений.

Командир стражников смотрел на свою давнюю подругу и лишь растерянно качал головой.

— Кажется, я все еще продолжаю бредить, — пробормотал он.

Каменная со звоном убрала рапиру в ножны.

— Можешь мне не верить. Твое дело. Только не забывай, Ворчун: Керулий и его древний бог спасли и твою жизнь тоже. Поэтому сейчас мы пойдем к Керулию, ты поблагодаришь его и извинишься за свою грубость. А если к’чейн че’малль не вытряхнул из тебя последние мозги, ты останешься у него на службе.

— Я скорее поцелую Худа в задницу. Ладно, так и быть, я еще согласен извиниться за грубые слова, но в богах, красавица, абсолютно точно не нуждаюсь. Ни в древних, ни в новых. И от жрецов я всегда предпочитал держаться подальше.

— Другого ответа я и не ждала. Так, предложила на всякий случай. Ладно, идем. А куда это Бьюк запропастился?

— Не знаю. Довел меня сюда и исчез.

— Древний бог спас ведь также и его. И старика Манси. Этим поганым магам было ровным счетом наплевать на жизнь своих слуг. Если Бьюк не дурак, он уйдет от них. Я бы на его месте уже давно так и сделала.

— Ну, милая, не все же такие умные, как ты.

— Да, это верно, — усмехнулась его собеседница.

Они вышли за ворота цитадели. Ворчун по-прежнему страдал от похмелья, но живот, наполненный едой, а не вином и элем, равно как и помощь целителя — жреца «Серых мечей» Карнадаса — возымели свое благотворное действие. Походка командира стражников стала увереннее, а боль в затылке притупилась. И все равно он с трудом поспевал за своей стремительной спутницей. Редкие прохожие заглядывались на красивую женщину, но решительная походка и свирепый блеск в ее глазах заставляли их поспешно убираться с дороги.

Каменная повела его в обход старинного кладбища с колоннами, внутри которых стояли замурованные покойники. Впереди было другое кладбище — даруджийское, с надгробьями и урнами, хорошо знакомыми Ворчуну по родному городу. Стражница свернула налево, в узкий кривой переулок между низкой оградой кладбища и площадью Тура’ла. Проход вывел их на открытую площадку поменьше, которая примыкала к восточной оконечности Храмового квартала.

Это открытие рассердило Ворчуна.

— Знал бы я, куда ты меня тащишь! Я же отсюда и пришел. Если Керулий устроился где-то поблизости, зачем вся эта круговерть? Просто зашла бы ко мне и проводила. А то плетусь за тобой, как собачонка!

— Я сперва и зашла, но от тебя воняло, как из отхожей ямы в какой-нибудь задрипанной таверне. Неужели ты согласился бы позориться перед Керулием? Тебя нужно было отмыть и накормить, а я не нянька, чтобы возиться со всякими пьяницами.

Ворчун ничего не ответил.

«Боги, ну почему все женщины в мире не могут быть покорными и молчаливыми? — Однако, подумав еще немного, он хмуро почесал лоб и рассудил: — Хотя, пожалуй, это было бы еще хуже. Мужчинам все же приятнее гасить пламя, чем раздувать едва тлеющие угли».

— Да проснись ты уже, — одернула его Каменная. — Мы пришли.

Моргая, Ворчун уставился на покосившийся домик. Ничего особенного: щербатые кирпичи со следами штукатурки, плоская крыша с подгнившими стропилами. Чтобы войти внутрь, им с Каменной пришлось бы пригнуться. Но командир стражников входить туда не торопился.

— Он что, не мог купить жилище поприличнее? — удивился Ворчун.

— Керулий — скромный человек, — парировала Каменная. — Его древний бог не любит пышность и церемонии. И потом, учитывая недавние обстоятельства, дом этот достался Керулию почти даром.