— Ты бы не ходила здесь, — предупредил я. — Они, скорее всего, вернутся.

— Спасибо, что защитил, — повторила Саки. — Я действительно…

— Пока, — не стал я слушать её и пошёл домой.

Я сделал то, что должен был сделать — защитил её.

Но теперь вместо жалости появилось раздражение. Видеть перед собой человека, который… я даже не могу описать, почему она меня раздражала. Скорее всего из-за того, что она опустилась на такое дно, даже не пытаясь из него выбраться. Словно стала бездомной, и сразу ладно, хорошо, не буду даже пытаться выползти из этого дерьма.

Я многое мог понять, мог сообразить, почему люди перестают бороться, но она не выглядела той, кто пережил страшное, от чего сломалась её воля. Нет, Саки выглядела как та, которая добровольно опустилась на самое дно, даже не пытаясь сопротивляться, потому что не привыкла как работать, так и бороться.

Но это был не конец нашего знакомства.

— Погоди, — нагнала Саки меня, но даже пальцем не коснулась, явно понимая, что мне это будет неприятно. — У тебя… у тебя не будет… — она на мгновение замялась. Было удивительно, что в ней осталось еще стеснение, — доллара?

Это было нагло. Очень нагло с её стороны просить у меня денег, учитывая, что я только что помог ей. Она падала в моих глазах всё сильнее и сильнее.

— Я не обеспечиваю наркоманов, — холодно ответил я.

— Я чистая, — уже тише ответила Саки, явно теперь смутившись. — Я больше не колюсь.

Прозвучало так, будто она этим хвасталась, но мне верилось с трудом.

— Не видно… — пробормотал я, окинув её взглядом.

— Я бросила.

— Минуту назад?

— Как поняла, что… — она опустила взгляд на живот.

Но меня это не впечатлило. Она бы выглядела мило, если бы не была похожа так сильно на бомжа. К тому же, я даже не мог разглядеть красоты, которая свойственна почти всем молодым. Саки выглядела как минимум на тридцатник.

— Прости, но нет, — покачал я головой, отшагнув от неё назад.

— Мне покушать бы…

— Нету у меня денег, Саки.

— Может… может я смогу отработать деньги? — спросила она тихо, окончательно похоронив всякое уважение к ней. — Чего ты хочешь?

— Не подцепить венерическое заболевание, — без каких-либо раздумий ответил я, от чего она поджала губы.

— Я чиста, — моё сомнение было настолько красноречиво, что она повторила. — Я чистая. Я всегда предохраняюсь.

Ага, да живот твой говорит об обратном.

— Прости, но нет.

— Пожалуйста, — попыталась она состроить жалобные глаза. — Мне…

— Нужна доза? А я ведь могу достать тебе дозу и без денег. Несколько доз чистого кокаина, — подначил я её.

— Я… я не колюсь больше, — промямлила она неуверенно. Словно сомневалась уже в том, что бросила.

— Могу достать к концу этого вечера пять доз, — продолжил я. — Самого чистого, что есть в городе.

— Я… я просто хочу кушать… — очень тихо произнесла девушка, явно борясь с собой. — Мне необходимо кушать.

— Десять доз, — повысил я ставки. — Ты столько не купишь на сотню. Прямо к вечеру.

— Почему бы тебе тогда не дать мне тысячу долларов вместо них? — пробормотала она, уже явно жалея о том, что решила меня просить о чём-то. — Я просто хочу кушать.

— Чтоб влачить это жалкое существование? Это того стоит?

— Я… могу тебе помочь с чем-нибудь, пожалуйста? — ответила она, не поднимая взгляда. — Мне просто нужны деньги. Я могу сделать тебе…

— В тебе осталось хоть немного самоуважения, Саки? — тихо спросил я. — Ради чего ты вообще сейчас живёшь?

— Ради… ради… я… — у неё начал заплетаться язык.

— Ты даже не знаешь, ради чего живёшь, — покачал я головой. — Ты себя в зеркало видела?

Саки рефлекторно коснулась язвы рукой, но тут же отдёрнула её. Та, казалось, даже не пыталась рубцеваться, как положено ранам. Мне казалось, что девушка передо мной едва ли не гниёт живьём, и запах полностью соответствовал моим предположениям.

— А что мне делать? — спросила она.

Уже ничего.

Я молча вытащил из кармана сотню и бросил её к ногам Саки. Да, у меня были теперь деньги, но я никогда ими не разбрасывался. Не тратил на понты, которыми пытались выпендриться мои одноклассники, не скупал вещи и даже не пытался снять квартиру получше. Я копил.

Однако сейчас я отдал кровные деньги неизвестной бездомной. Которой они как мёртвому припарка. В любом случае это грязные деньги, может именно те, что она когда-то сама и вбухнула, чтоб почувствовать себя свободной. Только люди путают свободу с ошейником, с радостью отказываясь от одного и натягивая другое.