Поднявшись со своих мест и недоумённо пожав плечами, проследовали за провожающим.

«Началось», - схватив в коридоре меня за руку, заметила сестра.

«Жаль что так рано, и не походил толком в неведении. Дальше действуем, как обговаривали, ничего не видели, ничего не слышали», - напомнила я.

«Ага».

Не успели мы переступить порог кабинета ректора, как услышали вопли.

– Это всё они, они, - тыча пальцем в нашем направлении, брызгал слюной подопытный.

Прикрыв дверь, остановились. Комната до отказа заполнена людьми. Здесь, помимо самого ректора, присутствовали трое наших знакомцев, спасённая от унижения Дина и почему-то преподаватель по раскрытию дара господин фон Варн. С нами получается восемь человек. Нехило так утрамбовались. Причём сидели только ректор, психованный главарь малолетней шайки, подскочивший при нашем появлении и Дина, по которой было заметно, что ещё немного, и она расплачется.

– Светлого дня господин ректор, господин фон Варн, Дина, - обозначив кивками каждого из назвавших, поприветствовала я.

– Светлого дня всем, - немного изменила моё приветствие сестра.

– И вам светлого, - раздалось из угла, в котором находился фон Варн.

– Достаточно любезностей, - оборвал нас всегда весёлый и общительный Герхард эр Рэнон, ректор Академии. – Молодые люди, не назовёте ли причину, по которой вас вызвали? – обратился он к нам.

– Понятия не имею, - я недоумённо подняла брови, пожимая плечами.

– Возможно, Дина рассказала вам о неподобающем поведении этих молодых людей, по отношению к ней? – сестра оказалась сегодня слишком разговорчивой. – Попросив о защите? А нас вызвали в качестве свидетелей. И мы полностью подтверждаем все слова девушки.

– Да кто будет из-за тёмной отрывать столько светлых от дел? – не выдержал бывший блондин.

– Тёмным слово не давали, - повернув голову в его сторону, ехидно произнесла я. Моя фраза произвела эффект пощечины, парень дёрнулся, покрываясь пятнами. Его прихлебатели, вечно, стоящие по бокам, отшатнулись.

– Это всё он, он виноват!

– Не имею понятия, в чём я виноват, но может, заткнёте этого буйного тёмного? Судя по его неуравновешенной психике, ему место не среди студентов Академии, а в одиночной палате, в лечебнице для душевно больных.

– То есть Вы утверждаете, что не виноваты в состоянии молодого человека? – вклинился в нашу перепалку ректор.

– Не понимаю, о каком состоянии вы говорите, и человека я в нём не наблюдаю.

– Хватит ёрничать, - иссякло терпение у хозяина кабинета. – Вы причастны к изменению цвета волос у господина эр Фронка? – указал он ладонью на жертву эксперимента.

– Если мне не изменяет память, согласно пункту пятому Правил получения полного имени: «Светловолосый ребёнок наследует полное имя своего светловолосого родителя, темноволосый ребёнок наследует полное имя своего темноволосого родителя». А согласно пункту седьмому Правил получения полного имени: «Для светловолосых подданных Империи в полное имя включается приставка «эр», темноволосые низших слоёв наследуют имя без приставок. Темноволосые средних слоёв имеют право на получение к полному имени приставки «фон». Исходя из вышеизложенного, данного тёмного я не знаю. И это точно не эр Фронк, - акцентировав фамилию, оттарабанила без запинки выдержки из их же законов. Вот и идеальная память пригодилась.

Видя, что мне собираются возразить, и уже открывают рот, подняла руку вверх, ладонью к собеседнику, добавила: «Могу напомнить, что и обращение к человеку, также делится по цвету волос, и тёмный - Господином никак быть не может. Если у него на руках нет бумаги, подтверждающей свой статус, а именно приставку «фон» к полному имени, то допускается обращение и без неё».

– Мне продолжить? – спросила, переводя дыхание.

– Благодарим, за познавательною лекцию, - съехидничал фон Варн.

Я отвесила поклон, принимая хвалебные речи в свой адрес.

– А теперь мы хотим послушать Дара Гербер, - сделав акцент на имени и фамилии, перевёл он взгляд на сестру.

– Мы не знакомы с данным молодым человеком. Недавно видели, как похожий парень, только со светлыми волосами загнал в угол Дину, намереваясь поставить на колени.

Жёсткий взгляд преподавателя по раскрытию дара, скользнул по виновнику собрания.

– Как могли, мы пресекли это недостойное светлого поведение, - продолжала сестра отчитываться перед ректором.

– Это я! Я это был.

– Не могу согласиться, посмотрите на нас, имеющих различие только в цвете глаз. Мы знаем ещё одну пару идентичных близнецов. Кто даст гарантию, что это не самозванец?

(Красава!)

Гордость за сестру струилась из меня потоком. Казалось, протяни руку и любой сможет её ощутить. Улыбка расползлась по лицу, не обращая внимания на подозрительные взгляды.

– Я так понимаю, что правды сегодня мы не дождёмся? – стоял на своём ректор.

– А в чем, правда? – хотелось добавить «брат», но моей шутки здесь никто не оценит, тем более в кабинете ректора. – У каждого она своя, каждый человек действует в своих интересах.