«Может нам пока не ходить к нему на занятия? Перетерпеть, переболеть?»

«Ты что! Я только им и живу!»

Попали, врезались по самые гланды в безответную любовь. То, чего я боялась, сбывается.

Через пару недель были готовы платья, а ещё через неделю настало время бала. Элеонора приняла во внимание мою любовь к зелёному, и заказала наряд нежно-салатового оттенка. Причём лиф – идеально белый, как и приспущенные рукава, а юбка шла переходом от белого к светло-зелёному, заканчиваясь вышивкой. Глядя в зеркало и сравнивая себя с бледной молью, скривилась. Сестрёнка радостно курсировала по комнате в лавандовом. Уговаривая себя, что бывает и похуже, и хорошо, что не розовый, смирилась.

– Нам ни в коем случае нельзя убирать волосы с лица, собирая их в причёску на затылке, - вспомнила, что Дара и Мара видели многие, и ещё одна пара идентичных близнецов вызовет подозрение. – Давай девушками носить всегда кудряшки, обрамляющие лицо, чтобы овал немного замаскировать. И краситься.

– Мама не разрешит. Мы ещё маленькие.

– Какие маленькие? На бал дебютанток идём, значит уже взрослые.

– Вот бы там Эльнора встретить, - вздохнула с придыханием она.

– Встретишь, куда он денется. Не дурак же, от светлой отказываться.

– Я хочу, чтобы и он полюбил меня.

– Полюбит, - приободрила сестру. Пусть только не полюбит, пожалеет, что мужиком родился.

– Но у нас и косметики нет, чем краситься? И на бал уже скоро отправляться.

– У матери есть. Не может не быть, - бросилась я к двери.

– У неё же для замужних женщин цвета. Нам такие нельзя носить.

– Побежали к отцу, пока время ещё есть, из баула вытащим, - схватила её за руку.

Через четверть часа мы готовые стояли в холле, в ожидании родителей. Мандража не было. Желание увидеть Маркуса гнало меня вперёд. Он точно будет там.

– Элеонора эр Карнелл с мужем Ротмиром фон Гербер и детьми, – объявил церемонемейстер, едва мы зашли в огромную залу.

Как прирождённые аристократы, глядя прямо перед собой, проследовали к тронам. Толпа шушукалась, а мы невозмутимо шествовали по золотой дорожке. Отработанными движениями, синхронно присели в реверансе. Отец же поклонился гораздо глубже, чем обычно. Этикет, будь он неладен. Присели и ждём отмашку императора.

– Так-так-так, чета «эр Карнелл», - донеслось до нас. – Давненько о вас ничего не было слышно. Поднимайтесь, а то придворные подумают, что вы в немилости, – продолжил говорить император. – И кто же из вас наследница Карнеллов? – вопросительно посмотрел он на мать, показательно не замечая отца.

Мы же с сестрой, немного опустив голову, наблюдали за всем из под ресниц. Шоком для меня было сразу увидеть Маркуса, стоящего по правую сторону от трона. Весь в чёрном, он выглядел как тёмный кардинал. Знала же, что он не отходит от Императора, но всё равно сердечко забилось вдвое быстрее, и я непроизвольно задышала глубже. Неожиданностью стало отсутствие ожогов на лице, ведь, насколько я помнила, в последний раз, когда мы встречались с семейством фон Льёрн, они были. Нашёл хорошего целителя и свёл? И стоило мне так париться, ночами не спать, думая, что кроме меня и лечить то здесь некому?

Мама очнулась и, указав на Дашу, произнесла: «Ваше Величество, позвольте представить вам, мою дочь и наследницу земель Дарину эр Карнелл».

Даша, ещё раз, быстро присела в реверансе. А я мысленно застонала. Теперь на неё будет объявлена охота, а учитывая нашу смешанную семью, многие будут пытаться понравиться. Вот же подстава.

А император всё продолжал общаться, не отпуская нас.

– Вы планируете наведаться в имение, объехать земли, познакомиться с родственниками? – обратился он к сестре.

– В ближайшее время, нет Ваше Величество, – последовал её ответ.

– Насколько ближайшее? – улыбнулся монарх.

– Лет десять, пятнадцать.

У него аж брови подскочили.

– Почему?

– Нет желания. Может, вообще не поеду, мне и без вероятного наследства всё устраивает.

Мама не выдержала такой откровенной грубости от всегда доброй Даши, даже глянула на нас, с подозрением. Убедившись, что это всё же Даша показывает зубки, решила немного сгладить ситуацию.

– Ваше Величество! Когда бы Дарина не решила познакомиться с имением Карнеллов, её во всём поддержит сестра Марина эр Карнелл, – указав императору на меня, решила этим убить двух зайцев: представить меня и отвлечь от Даши.

Присев в реверансе, я не заставила себя долго ждать. И, глянув в глаза императору, произнесла: «Конечно, маменька, вдвоём мы поднимем с колен твоё родовое гнездо».

У мужчин глаза стали по пять копеек. Ещё бы, ведь все видят во мне имперскую кровь. Женщина, сидящая с ним рядом, на моём спиче немного улыбнулась, но затем, заглянув в мои глаза, погрустнела. Ещё бы. У неё серые, а у меня и императора – зелёные. Значит, что? Правильно. Нагулял и подбросил Карнеллам, чтобы вырастили. Тем более, что у них, как все знают, никого до сих пор нет.