Ротмир улыбнулся, только не понятно чему. Тому, что меня выбесил и нарушил планы на секретное дельце, или что вспомнил о том вечере.

– Нашла? Молодец! Давай напишем записку Императору, пусть дальше сами разбираются.

– Папа, ты что? Он же в ужасном состоянии, ещё хуже, чем был ты, половина тела и лица обожжено, глаз закрылся. Они не смогут вылечить! Раз шрамы не смогли, - сдулась на последних словах я.

Даша только и успевала переводить взгляд с одного на другого.

– И что ты планировала?

– Хотела к нам перенести, положить в одну из гостевых комнат и лечить.

– А почему именно туда?

– Ну как? В то крыло никто не ходит, ремонт начнется не раньше чем через месяц. Думаю, мне этого времени хватит. Может, я уже пойду? А то он там цикл лежит, и я не смогла определить, жив ли, - пропищала, округлив глаза и сделав жалостливое личико.

– Нет, - убил он меня. – Одна ты никуда не пойдёшь.

– Змеек парочку возьму, - пыталась отвертеться от сопровождения.

– Подожди, плащ накину, и кое-что прихвачу на всякий случай.

Вздохнув, ничего не сказала. Пусть делает то, что считает нужным. Шестое чувство толкало вперёд, к полуживому мужчине. Как я буду восстанавливать сожженные ткани, дело десятое, сейчас для меня главное: убедиться, что он жив.

Наша вылазка закончилась с рассветом. Успели вовремя. Забрали. И сейчас я стояла, обхватив себя руками, не зная с чего начинать, и боясь прикоснуться. Усталость брала своё, но отдыхать не время. Нужно собраться и действовать. Приложив аккуратно руки, начала диагностику. Как я и думала, вся левая сторона отбита, множественные переломы, о гематомах вообще молчу (весь сплошной гематом), но самое страшное, это ожоги. Которые я лечить не могу!!! Планировала после замужества выведать у учителя как застарелые шрамы убрать. Ан нет. Придётся сейчас узнавать, только уже про глубокие ожоги. Влив немного силы для поддержании жизни в искалеченном теле, заметила, что дыхание стало ощутимее и еле заметный пульс стал сильней.

Договорившись с Ротмиром, о том, что он сам расскажет всё Элеоноре, а остальным об этом знать не следует. Хотя на пустом месте пословицы не появляются и что знают двое, знает весь мир. И братья сорванцы, знаю я их. (У самой такой на Земле вырос.) Это сейчас, когда я всё время на виду, они не проявляют видимого интереса к моим занятиям, но стоит только начать шастать в гостевую комнату и запирать дверь, будет полный абзац. Придумают новую игру, начнут охоту, могут и в окно забраться.

Меня не беспокоили, и, почувствовав, что сил осталось немного, прервала лечение, напоследок набросив на мужчину глубокий сон. В коридоре столкнувшись с Элеонорой, сообщила, что хочу пообщаться с учителем, и после кухни отправлюсь в сад. Видно было, что отец всё объяснил, так как от неё не последовало никаких уточняющих вопросов.

– Здравствуй, хранитель, - прикоснувшись к стволу, начала непростой разговор.

– Машенька, отозвалась родимая. Что у вас происходит? Вижу, сад восстанавливаешь. Молодец. Он моя частица.

– Как это? Вы же далеко? – забыла, зачем пришла.

– Ох, дорогая, не хотел я тебе рассказывать, но видно придётся, - грустно вздохнул меллорн.

– Помнишь, я про бунт людей рассказывал?

– Конечно! Как такое забудешь.

– Так вот, на пустом месте ничто не происходит. Необходим катализатор, толчок, если тебе будет понятнее. Тогда, таким началом стала своеобразная любовь эльфа к человеку. Нет, ты не подумай, это совсем в другом понимании, не в физическом плане, а как к разумному существу. Он боролся за их права, отстаивал интересы. Перекупал, видя неподобающее или жестокое отношение, многое дозволял. После случившегося предатель, не стал уходить порталом в Великий лес, а целенаправленно остался с людьми. Теперь понятно, что в купленном доме жил или он сам, или его потомки, так как сад из эльфийских саженцев простой человек, не вырастит.

Я стояла и переваривала, не зная, что ответить. Посочувствовать или порадоваться? Решила переключиться на другое.

– Дядюшка, а помнишь, я рассказывала о своих, нечаянно созданных питомцах?

– Конечно, помню, такое не забудешь. В тебе начала просыпаться магия созидания. Рановато. Но что поделаешь? Что-то случилось? Я чувствую твоё напряжение.

– Рассказывать долго, и с чего начинать? Не знаю. Давай ты прочитаешь мою память, как при встрече?

– Благодарю что разрешила, мне интересно узнать, что творится за пределами леса. Принимай удобное положение, это может продлиться несколько часов.

Постелив плащ на землю, я села у корней дерева, прислонившись к спиной к стволу. Питомцы устроились на коленях, почему-то не желая никуда от меня уходить. Неужели улавливают наш диалог и хотят быть зрителями и далее? Что ж мне не жалко. Прикрыв глаза, погружаясь в долгожданный сон, последней мыслью мелькнула просьба загрузить мне всё о лечении ожогов.

Проснулась поздней ночью, отдохнувшая и полная сил. В голове всплывали новые знания, дающие надежду. Да, будет трудно, но нет ничего невозможного для эльфа. А лечение заключалось всего лишь в удалении поражённых участков и выращивании новых. Генная инженерия отдыхает. Какие там американцы с их выращенной в пробирке печенью, здесь всё по-взрослому. На живом человеке попробуй мышцы с сухожилиями воспроизведи, обтяни кожей, не забудь про подкожный жир, капилляры, сукровицу и ещё миллион нюансов. Да, работка предстоит аховская. Сидя в прострации под деревом, послала благодарность учителю за помощь, ведь даже мне понятно, что это работа не для тридцатилетнего эльфийского детёныша. Тут уровень, если не магистра, то точно мастера.

– Я тебе посоветую не заморачиваться лечением, - пришло от хранителя. – Слишком муторно это делать для человека. Можешь поступить по-другому. Восстанови глаз, и наложи качественную иллюзию. Тебе проще, и всё равно никто из человеческих магов не почувствует разницу.

– Ой, не знаю, а как ему будет? Ведь обожженная кожа, наверное, тянет, приносит дискомфорт, чешется, шелушится? – вспоминала информацию, почерпнутую из разнообразных телешоу.

– Тебе то что? Не у тебя же чесаться будет? – усмехнулся иронично меллорн.