Сонная, я улеглась с краю и под мерное покачивание и скрип колёс, уснула сразу. Очнулась только в полдень и, глянув по сторонам, уверилась, что ни пейзаж ни скорость не изменились. Отец о чём-то болтает с …(забыла имя) Грумом вроде. Прислушиваться не стала. Зачем? Скукота. Мне не хватает телефона и наушников. Сейчас бы кино посмотреть или музыку послушать. Да хоть книжку, какую почитать. И то, время в поездке пройдёт быстрее. Нужно не забыть купить в городе. Зашевелились девочки. Видно тоже укачало. Все проснулись, значит, пора кушать. Видимо у нас появилась семейная эмпатия, если в то время как Элеонора стала доставать еду, Ротмир с облучка попросил чего-нибудь пожевать. Мать улыбнулась и протянула ему краюху хлеба с большим куском мяса. (Типа бутерброд). Водителю то же самое соорудила. Глянув на нас шальными глазами, он безропотно принял угощение. Мы же, рассевшись в кружок, предварительно подогнув ноги, выставили посредине тарелки с разнообразными яствами и не спеша насыщались, любуясь пейзажем. Пару раз оглядывался отец, прося добавки. И второй бутерброд ему соорудила уже я. Мать в это время ела, а я, посчитав её суховатым и унылым, в свой добавила лист салата, нарезанные кружочками помидоры и сыр. Протянула отцу, на что он улыбнулся и с удовольствием съел его, прося добавки. Мне было не трудно, все равно нечего делать. Но у Элеоноры, почему-то на сыр была какая-то странная реакция. Обычный «Принц», ничего сверх ординарного, даже без плесени и огромных дырок. Но всё же она наблюдала за мной с любопытством.

– Что? – не выдержала я, протягивая еду отцу. – Это съедобно. Обычный сыр.

– Сыр?

– Да. Делается из коровьего молока. На, попробуй – протягиваю её кусочек.

Не понимаю, неужели в этом мире такого нет? Коровы должны быть, ведь лошади и остальная деревенская живность наблюдалась.

– Правда вкусно – признала Элеонора. – Не слышала я, что из молока что-то делают.

– Да ладно, а творог, сметана?

Неужели наличие магии немного изменило развитие некоторых областей?

– Нет, таких названий не знаю. А как их делают? - задала она провокационный вопрос.

– Э-э-э – зависла я. – Я не слишком разбираюсь в этом вопросе, но вроде молоко нужно подогреть, посолить, закипятить, добавить лимонного сока и ещё немного прокипятить. В нём образуются хлопья. Их вытаскивают, выжимают. Это творог. Он должен стечь примерно тан. Затем его можно есть.

Все слушали, открыв рот. И, даже мужчины замолчали.

– А вот как сметана делается, я похуже знаю. Кажется, молоко подогревают без кипения и оставляют на пару дней в тёплом месте, где оно уже делится на две фракции. Сверху будет сметана, а снизу тоже что-то съедобное, но я не помню. Надо будет пробовать, поэкспериментировать – задумчиво протянула я.
– Если очень нужно – добавила.

– О, а у нас в деревне скисшее молоко свиньям выливают, а вы говорите, что есть самим можно – отозвался Гроль.

– Да, там же много полезных веществ, только с этим молоком тоже предварительно что-то делают. Я в готовке не специалист – развела я руки. – Уж простите.

– Всё равно я много нового узнал – не унимался возничий. – Приеду домой, с женой попробуем сделать этот, как вы назвали – гворог.

– Ха-ха-ха. Творог.

Так за разговорами прошли оба дня. Ротмир рассказал, что мы отправляемся в Столицу к родне, его позвали в кузню работать, да и подлечить всех надобно. Не просто так едем. А с целью. Погода нас только радовала. Ни одной дождинки. Такое окно в сезон дождей это редкость, как сказал наш попутчик. Но мы были счастливы и не роптали.

В город Саград, мы заезжали уже вечером. Уставшие, но в приподнятом настроении. Гроль сразу поехал на постоялый двор, так как вечером, искать, хорошего целителя смысла нет, да и привести себя в порядок, после дороги, нужно. Как заселялись, я не помню. Вымотаная ездой, у меня была единственная мечта – ванна. Что я и озвучила отцу. Вручив ключи, нас предупредили, что бочка с водой будет меня ждать через пол тана в комнате. На невинный вопрос: «А остальным?», последовал убийственный ответ: «Кто ж им не даёт? Мойтесь по очереди». Я в ауте. Моё недоумение легко прослеживалось на лице.

Я даже не нашлась что сказать. Нет, чисто теоретически заклинание чистоты должно очищать всё. Но на воде я его не пробовала, а вдруг она испарится совсем, а не очистится? Типа бочку очистила от грязной воды. Хотя…. Так тоже сойдёт. Её же потом можно будет снова наполнить водой, подогреть и купаться. Молча развернулась, подхватила Дашу с собой и проследовала в наши апартаменты. Оглянулась, родители идут в ту же сторону. У меня возникло нехорошее подозрение, что ужин не стоит здесь заказывать. Ничто не помешает такому экономному хозяину, недоеденную картошечку из трёх тарелок в четвёртую пересыпать и нам подать. Что я и озвучила остальным. Меня единогласно поддержали и решили не экспериментировать и есть своё. С водой всё получилось великолепно, она очищалась. Так что все были довольны, лишь одна я напрягалась, применяя магию.

Утро началось нервно. Мы не знали, когда отходит ближайший караван, поэтому боялись, что не успеем купить повозки, лошадей и остальные нужные в дороге предметы.

Быстренько позавтракав своим, мы всей семьёй загрузились в экипаж и направились в ремесленный квартал. Со слов отца, там, на одном подворье делали телеги, повозки, кареты, в общем, всё четырёхколесное. Прибыв на место, и походив среди представленного ассортимента, выяснили, что необходимо заказывать наперёд, и одна хорошая повозка делается месяц, а от степени сложности и более. Это был провал. Месяц в сомнительной гостинице я не выдержу. Нужно переселяться.

– Уважаемый, а есть ли у вас в наличии повозки, которые вы можете нам продать сейчас? – спросила Элеонора.

Я просекла её мысль о перекупке и добавила: «Неустойку оплатим».

Видно, что у хозяина мастерской глаза загорелись.

– Только нам нужны добротные повозки, которые выдержат дальнюю дорогу. Две – уточнил Ротмир.

– А как-нибудь можно узнать, когда ближайший караван? Может как раз через месяц, два. Что мы будем переплачивать? – шепотом спросила отца. – Может, мальчонка, какой подсобный сбегает, узнает за монетку?