— Так я и сам не знаю, что будет со мной завтра, — сказал Тим. — Сегодня ты меня спас. А завтра никто не спасет.

— Я не хочу, чтобы сын аристократа, становился карманником, но взять тебя с собой тоже не могу. — сказал Ахимас, глядя на звезды в небе. — Но я могу тебе помочь перебраться в Эрнбург. Возможно, там ты сможешь найти себе место.

— Кем? — спросил мальчик.

«А ведь он прав, — подумал Ахимас. — Кем? Не помощником же его на кухню в бар Леонардо? Приюты сейчас все переполнены из-за войны. Столько родителей перебили».

— Почему вы молчите? — спросил мальчик.

— Знаешь, если выспаться мозг лучше думает. Быть может, завтра мне придет верное решение, — уклончиво ответил Ахимас.

— Не думаю, — грустно сказал Тим и, повернувшись спиной к наемнику, спросил: — Вы сказали, что произнося заклинание вы просить богов освободить души.

— Верно.

— Получается, что и молитва — это заклинание?

— Своего рода да. Это тоже обращение к высшим силам.

— Но почему тогда, в храмах столько людей просят и не получают? Или только маги и заклинатели получают свое? И вообще, в чем разница между магами и заклинателями?

— Маг — это человек, который от рождения обладает частицами этари. Он способен использовать собственные особые силы. Маг творит волшебство, черпая силы из своего мощного ветоскамматического поля.

А заклинатель — простой человек, что не обладает частицами этари и сильным полем. Заклинатели просто налаживают канал связи с высшими силами и сущностями. Произнося заклинание или совершая обряд, заклинатель просто посылает запрос на выполнение. В отличие от молитв простых людей, запросы заклинателей выполняются почти сразу.

Но не думай, что высшие силы игнорируют твои молитвы, просто у запросов разных людей разные приоритеты.

— А что это за канал связи, и как его можно наладить?

— Есть люди с частицами тивурис, как правило, они становятся священниками. Их канал связи налажен с рождения. Другие же люди обучаются этому в течение жизни, путем тренировок.

— А ты, обладатель частиц тивурис или тренировался?

— Я обладаю странными частицами, которые способны меняться и менять мои таланты.

— Не может быть. Такие частицы бывают?

— Бывают, — ответил Ахимас. — Но и тренировался я довольно, поверь.

— Значит, и тут я не у дел, — сказал Тим подавленным голосом. Он повернулся и лег на спину.

— Правда, что звезды там наверху, это рыбы?

— Правда, — сказал Ахимас, смотря в небо, где мерцали большие и малые точки. — Это громадные рыбы, плавающие во тьме океана Олла. В них множество икринок сфер, населенных живыми существами.

— А почему они мерцают?

— В каждой рыбе находится вечносфера — вместилище энергии умерших. Рыба открывает и закрывает рот, и мы видим мерцание.

— Я видел, как некоторые звезды переставали светить. Что там происходило? — спросил Тим.

— Когда все сферы внутри рыбы погибают, становясь темносферами, рыба умирает, и ее вылавливает удильщик Хорг — бог тьмы, — ответил Ахимас.

— А много ли в рыбах этих икринок сфер?

— Не знаю. Думаю, что в разных рыбах по-разному.

— Ну а в нашей?

— В легендах, принесенных в Валлервен вместе с переселением, упоминалось 22 мертвые сферы. Одну из них мы прямо сейчас видим на небе, — Ахимас показал пальцем на огромный светящаяся белый шар. — Когда-то давно она называлась Ивенкара. На ней жили хаилины и эльфы. Но 500 лет назад она умерла, а ее жителей, четыре надзирателя переселили в Валлервен.

Сияние костра освещало развалины древних унку. Искры летели в ночное небо.

— Считается, что наша сфера последняя живая в этой рыбе, — после молчания добавил Ахимас.

— А не могут ли четыре надзирателя создать новые сферы или оживить старые? — спросил Тим.

— Четыре надзирателя появились из тела мертвого бога Кьяла. Они не могут ничего создавать и способны лишь следить за порядком, на сферах, изначально созданных Кьялом.

— Значит, мы все умрем вместе с последней сферой? И четыре надзирателя больше не смогут переселить нас куда-нибудь ещё?

— Выходит, так, — подтвердил Ахимас грустно и серьезно.

— Отчего умирает сфера?

— Слишком много зла происходит на ней. Всё теряет свое первичное предназначение. Люди перестают создавать, изучать и уметь хоть что-то. Все они сбиваются с жизненного курса, соблазнившись ложными путями. В конце концов, всё настолько запутывается в клубок, настолько сливается в серую массу, что вернуть порядок и чистоту уже невозможно, как не старайся.

— Значит, недолго нашей сфере осталось? — зевнув ответил Тим.