Глупцы те, кто считают джедаев добрыми дяденьками с нимбами над головами. И дважды правы те, кто их боятся. Потому что Свет – настоящий, а не тот суррогат, который принято использовать в нынешнем Ордене – выжигает Тьму во всех ее проявлениях. Не зря самые сильные джедаи-воины древности были способны в одиночку потягаться с Дартами, достигшими невообразимой мощи. То, что ситхам дается легко, джедаи вытачивают в себе годами, заостряя свой дар в клинок разящего Света, смертельно опасный для любого раба Темной стороны.

Ощутив перед частичку первичной необузданной Силы, воплощенной в грозно звенящем сиянии Светлой стороны, Алек закричал и сделал пытку заслонить лицо руками. Вот только те были крепко прикованы силовыми наручами к стенам. Для погрязшего в Темной стороне ситха Свет моего источника был невыносим.

– Хватит, прекрати! Все скажу!

Приглушив Роением свое присутствие в Силе, я дружелюбно улыбнулся ему, присаживаясь на край выдвижного сиденья у входа в камеру. Еще одна техника, открывшаяся мне после событий в Черном Шторме, наконец-то оказалась покорена и добавлена в золотую джедайскую коллекцию. Прежде я даже представить не мог, с чего начать, чтобы воплотить Свет Силы, и лишь после продолжительного времени наедине с преданным рабом Темной стороны понял, чего мне не хватало.

«Врага, одним своим существованием взывающим к очищению мира от поразившей его скверны».

Когда я понял это, остальное получилось само по себе. Заученная впрок техника наложилась на волю и неудержимое желание Светлой стороны восстановить равновесие Силы. Нак Зиил выпадет в осадок, когда узнает. От зависти. Или гордости за своего бывшего падавана? А, может, из-за того и другого. У него самого Свет Силы призвать не выходило при всем желании. Путь Меча плохо совместим с постижениями тонких материй Света.

– Начинай говорить, – скомандовал я Алеку. – Я весь во внимании.

– Зачем тебе знать о них? – Алек прищурился, вглядываясь в непрозрачный лицевой щиток моего шлема. – Кто ты?

– Тебе известно, кто: джедай. Один из многих. Не отвлекайся, будь так любезен.

– О ком ты хочешь знать? Я не помню всех имен.

– Начни со своего бывшего клана. С теми, кого тебя забрали падшие из храма.

– Ах, эти, – губы Алека вновь исказила усмешка. На сей раз презрительная. – Жалкое отребье, недостойное вкусить истинную мощь Темной стороны. Все они поплатились за свою слабость. Первым был синий твилек...

«Гвариум Рар», – я похолодел, заранее услышав приговор через ментощупы, но все еще какой-то частичной себя надеясь, что ошибаюсь. Увы, Алек не дал мне и пары секунд потешить себя столь манящей иллюзией.

– Он сдох при прохождении испытания аколитов вместе с остальными. Ничтожество. Не сумел даже призвать Темную сторону, до последнего цеплялся за джедайскую ложь.

«Или до конца остался верен Свету и Ордену», – я прикрыл глаза, мысленно прощаясь еще с одним другом, кого не сумел спасти. Первым стал Алек. Теперь Гвариум. Тяжело признавать, но я ждал такого исхода. Остается надеяться, что остальным юнлингам повезло больше.

– Был еще забрак, Свонг. Этого помню, – издевательски протянул Алек, постепенно входя во вкус. – Как вырезал его живое сердце на посвящении в ситхи. В тот день я стал полноправным учеником Дарта Кертеры. И получил свой кристалл для светового меча.

«Нет эмоций, – напомнил я себе, крепко сжимая колени и контролируя дыхание. – Только покой».

– Остальные? Сестры де Сат, кел-дор Мъйят Дор?

– Эти две сучки, – Алека аж передернуло от злобы. – Ненавижу!

Я слегка взбодрился, ощутив правдивость слов Алека. Значит, Кева и Мира еще живы. По крайней мере, были, когда Алек видел их в последний раз. Уже что-то. Я уже начал опасаться, что он перебил весь наш первый клан.

– Ты знаешь, где они?

– Где бы они не были, надеюсь им куда хуже, чем мне! Поганые шавки Ниат.

– Кто это?

– Дарт Ниат. Та еще тварь. Учитель давно бы ей кишки выпустил, если бы она хоть изредка появлялась в Академии. Впрочем, – Алек хохотнул. – Он теперь никому их больше не выпустит. Как ты там говорил, джедай? Мозги в пакете? Слабак. Я всегда это знал.

– Не отвлекайся. Что с Мъйятом?

– С кем? А. Кел-дор, – лоб Алека пересекли морщины напряженной мысли. – Не знаю. Наши пути разошлись задолго до того, как меня направили на Нар Шаддаа. Еще в Академии. Его забрали в числе тех, кому предстояло войти в личную гвардию Владыки.

– Владыка, я так понимаю, это Дарт Руин?

– Джедай! – сказал-выплюнул Алек, сверля меня гневным взглядом. – Радуйся, что я не могу укоротить твой поганый язык. Имя Владыки нельзя произносить.

– А если произнесу? Обидится? Надо же, какие стеснительные ситхи пошли.

– Как ты смеешь...

– Мы отклонились от темы, – я добавил в голос нотки металла, прерывая готового разразиться ругательствами Алека и давая понять, что шутки кончились. Мне не хотелось тратить время на вечную ситхо-джедайскую грызню. Гнетущее ментальное давление придало словам особый вес, вместе с разгорающимся в кулаке Светом Силы многократно повышая желание пленника отвечать на вопросы.