Обычно Чейз не любил компанию таких женщин, главным образом потому, что не находил их привлекательными, и обычно его мнение относительно таких женщин подтверждалось.

Но когда Лиза добралась до верха лестницы, и взгляд ее теплых глаз остановился на нем, а на лице была дружелюбная улыбка, ее привлекательность значительно возросла.

Она усилилась еще больше, когда женщина протянула ему руку, приветливо сказав:

— Чейз, приятно познакомиться. Я с нетерпением ждала нашей встречи, когда услышала, что ты встречаешься с моей сестренкой.

Он пожал ей руку и ответил:

— Лиза. Я тоже рад знакомству.

Она отпустила его руку, накрыла ладонями макушки своих мальчиков и взлохматила им волосы.

— Это два моих шальных жучка, Джарот, — она снова взъерошила ему волосы, — и Робби, — еще одно взъерошивание для Робби. — Мальчики, поздоровайтесь с детективом Китоном, а затем возвращайтесь в гостиную.

Джарот быстро махнул рукой и пробормотал:

— Привет, ди-тетив Китон. — Затем сделал, как ему сказали, и умчался прочь.

Робби уставился на Чейза и повторил:

— Хочу посмотреть пистолет.

— Извини, приятель, я не взял с собой пистолет, — ответил Чейз, солгав, но оружие осталось в его грузовике.

— Тогда хочу посмотреть значок, — продолжил Робби.

Ладонь Лизы скользнула к его затылку, она наклонилась к нему и приказала:

— Значок увидишь позже. А теперь поздоровайся и спускайся в гостиную, дорогой.

Он посмотрел на мать и в явном раздражении сузил глаза.

Затем снова взглянул на Чейза и угрюмо буркнул: «Привет», прежде чем тоже умчаться прочь.

Лиза посмотрела на Чейза и поделилась:

— Я убеждаю себя, что у него просто такой период, но это отрицание. Он мой ребенок, и я его балую. Наверное, мне следует прекратить это делать, но я не могу. Так что пусть с ним разбирается его будущая жена, а я просто буду развлекаться.

Фэй подошла ближе, подалась к Чейзу и приподнялась на цыпочки, чтобы прошептать:

— Это плохой план.

— Как обычно, я согласен с моей девочкой Фэй, — раздался низкий мужской голос.

Чейз взглянул на лестницу и увидел поднимающегося по ней невысокого, коренастого, преждевременно седеющего, симпатичного мужчину с приветливой улыбкой в одежде горца, состоящей из джинсов и фланелевой рубашки, которые резко контрастировали с нарядом его жены. Он также выглядел как человек, которому было на это плевать. Он — это он, а она — это она, и хотя они выглядели по-разному, было ясно, что по-своему они подходят друг другу.

Он протянул руку до того, как приблизился к Чейзу, но продолжил говорить только тогда, когда Чейз пожал его руку.

— Бойд Ньюман, — представился он, все еще улыбаясь.

— Чейз Китон, — сообщил Чейз уже известный мужчине факт, не только потому, что встречался с его невесткой, и об этом ему, несомненно, сказали, но и потому, что все в округе знали Чейза.

— Рад познакомиться, брат, — он крепко сжал руку Чейза, но не воинственно, а просто дружелюбно, и они разомкнули хватку.

— Эм… не хотите пропустить мужчину в дом и предложить выпить пива? — позвал Сайлас с нижней ступеньки лестницы.

— Я возьму ваши куртки, — пробормотала Лиза, и Чейз подошел к Фэй, чтобы помочь ей, прежде чем передать куртку теперь сияющей Лизе, не упустившей помощи Чейза ее сестре.

Потом снял свою куртку и отдал ей. Она сунула их под мышку и направилась к двери на лестничной площадке, которая явно была гардеробом для верхней одежды.

Фэй взяла Чейза за руку и повела вниз по лестнице, у подножия которой отпустила, потому что у нее не было выбора, так как Сайлас заключил ее в медвежьи объятия с несколькими сердечными похлопываниями по спине и парой раскачиваний. Отпустив ее, он протянул руку Чейзу.

Чейз пожал Сайласу руку и услышал:

— Чейз, пиво, бурбон, водка или что?

— Сайлас. Пиво, — ответил Чейз.

Сайлас отпустил его руку, но крепко хлопнул его по плечу, затем отошел, и его место заняла Сондра.

— Чейз, рада тебя видеть у нас, — улыбнулась она ему, протягивая руку.

Чейз ответил на рукопожатие, задаваясь вопросом: будут ли волосы Фэй, когда она станет старше, такого же привлекательного серебристо-белого оттенка, как и у ее матери. На это он тоже надеялся.

Никаких модных нарядов у Сондры Гуднайт, как всегда. И никакого макияжа.

Красивые джинсы. Свитер по фигуре с высоким воротом, мягкий бежевый оттенок выгодно подчеркивал цвет ее лица. Массивное, длинное ожерелье из серебра, бирюзы и коралла выглядело винтажно и определенно принадлежало коренным американцам. На ногах были носки.

Семейный ужин. Семейная обстановка. Семья. Никаких высоких каблуков. Только шерстяные носки и, поскольку бойфренд ее дочери пришел к ним впервые, она надела ожерелье.