Здесь так здесь, кивнул я. На первую зарплату можно и погулять.

Мне было интересно увидеть цены, какими они будут? Ружье по цене геля для душа? Пистолет с ценником от килограмма яблок?

И чуть не очумел, узрев пятизначные цифры. Готов был согласиться с Ириской: действительно дорого…

— Белка, а ты уверена… — В голове ютился неприятный вопрос о ее зарплате.

— А-а-а, девочка моя! — Продавец-кассир расплылся в улыбке, явившись на зов дверного колокольчика. Белку тут, кажется, знали и любили. — Явилась с кавалером? Наконец-то!

Усатый пузан сложил руки на бочкообразном животе, умиляясь нашей парочке.

Он тут же поспешил развеять мои сомнения относительно цен.

— Солдатам и бойцам заградотряда скидки. Цену, по которой продадим вам, можете уточнить через нейроимплант. Остаточную стоимость выплатит государство.

Я кивнул, словно всегда об этом знал. Вот оно, значит, как. Что ж, поглядим.

Ириска явилась на мой зов с неохотой. Глянула на пистолет, покачала головой. Да я и сам понял, что он мне не подходит. Девятимиллиметровый «Чертяка», судя по описанию, мог похвастать разве что объемом магазина. И ценой. Того, что выдала мне Бейка в оплату, могло хватить сразу на четыре.

Белка же отвлеклась: ее привлек стенд с пистолет-пулеметами.

Я прищурился, будто не веря своим глазам, но нет. Все было так, как показалось на первый взгляд: как будто в этом мире не слышали про стандартизацию. Одни и те же пистолеты хоть в мелочах, но отличались внешне.

Как и характеристиками.

— Это вам не подойдет, молодой господин. — У пузана оказался на редкость бархатный голос. Таким обычно впаривали купить лотерейный билет на «Почте России».

— Посоветуете?

Ириска отрицательно замотала головой, будто желая уберечь меня от дальнейших ошибок. Спокойно, мысленно ответил ей. Сами-то выбрать мы всегда сможем, а послушать будет полезно.

— Уровень? — сурово и со знанием дела спросил продавец. Я ответил, и он кивнул, осторожно взял меня за рукав.

— «Чертята» больше подходят для тех, кто впервые в жизни берет оружие. Да вы и сами наверняка помните уроки в школе…

И в самом деле, в описании пистолетов, что вывела для меня Ириска значилось «учебный».

— Настоящего боя они не выдержат. Отстреляете с десяток обойм, и все, финита.

Ириска подтвердила: не врет.

— У вас самого есть какие-то предпочтения? В оружии, в характеристиках? Побольше выносливости или скорострельность?

Я осмотрелся. На глаза попался карабин. Хорошая дальность стрельбы, возможность стрелять короткими очередями, мастерского качества. Как раз мне по карману, но… С маленьким магазином. Я глянул на ее побратимов. Те отличались в мелочах, но объем боезапаса был одинаков.

— А у вас есть такие же, но с увеличенным магазином?

Продавец гоготнул.

— Хорошая шутка, господин. Знали бы вы, сколько раз я ее слышал. Каждое же дитя знает, что это единственное, что неизменно. Если только вы не ружемант, ха-ха. Но вы ведь не он!

Я посмотрел на него исподлобья, торговец похолодел.

— Позвольте узнать ваш класс?

Молчание стало ему ответом, он все понял и разом погрустнел. Как будто я явился в магазин портить его товар и ни за чем больше. Сейчас попросит нас с Белкой уйти.

Толстяк выдохнул, вытер вспотевшие руки о штаны. Поверженно поднял их перед собой. Глянул на Белку. Интересно, моя предшественница тоже закупалась здесь?

— Простите, я немного обескуражен. Однако, если вы не собираетесь меня разорять, — мой товар к вашим услугам. Помимо этого карабина у меня есть и другое…

— А есть что-нибудь легендарного качества?

Он запыхтел, как паровоз. Улыбка сменилась ее противоположностью.

— Извольте меня простить, но… есть. Боюсь, оно вам не по карману, юный господин.

— За спрос ведь денег не берете?

— Ваша правда.

Он вытащил из подсобки настоящее сокровище.

Штурмовая винтовка «Владыка» легендарного качества отличалась от товарок коллиматорным прицелом, лазерным целеуказателем и шансом в 25 % наносить критический урон каждым выстрелом.

Состояния хватило бы на то, чтобы мои способности питались этой штукой десять дней подряд. Ириска зачитывала характеристики приятным голосом, а я с трудом давил в себе желание коснуться этого чуда.