Шрифт:
— Сегодня ты у Владки? — Она кивнула на дверь.
Отрицать не было смысла. Девчонка вздохнула своим грустным мыслям, ведь сегодня должен был быть ее день.
Я взял ее за подбородок, чуть приподнял, посмотрел прямо в глаза.
— Знаешь, нам ведь не обязательно видеться только тогда, когда наступает очередь. Можем и просто так.
— Можем и просто так… — неуверенно и в такт мне повторила она.
Идея тотчас же посетила мою голову.
— Знаешь, у меня сегодня выходной. И скопилось немного денег, а винтовка… ты ведь говорила, что оружие покупаем на свои? Не хочу оказаться на посту с одним лишь пистолетом. Хочешь, съездим вместе?
Она уставилась на меня с прищуром, будто проверяя, не смею ли я издеваться над ней? Ириска уже прокладывала маршруты от одного магазина к другому. Кажется, в ее алгоритм закралась ошибка: я сказал «оружие», а она зачем-то спешила подсветить точкой пончиковую и магазин летней одежды…
— А ты правда будешь со мной? Весь день?
— Только вечером вернусь к Владе, — кивком указал на дверь за ее спиной. — Иначе Бейка снова плакать будет.
Белка усмехнулась по-доброму и счастливо.
— Я согласна! Вот только… — Она на миг поникла и тут же оживилась. — Нет, ничего. Мне только надо кое-какие дела сдать…
Я пожал плечами, автобус-то все равно в десять. Белка же пылала каким-то по особенному счастливым огнем.
Как мало нужно для радости.
— Без пятнадцати десять встретимся на автобусной остановке, идет? — тут же подмигнула она.
Я согласился. На миг она вдруг рухнула в мои объятия, заставила себя обнять. Будто хотела быть бесконечно маленькой и хрупкой в моих руках. В таком состоянии я не посмел у нее спросить, где Влада, но Белка будто читала мысли.
— Я видела ее на кладбище. Это прямо за стрельбищем, из моего окна видно.
— На кладбище?
— Ну да, — помрачнев, отозвалась девушка, обняв саму себя за плечи. — Не у каждой из нас есть родственники, к которым можно вернуться. А потому… вот здесь. Разве ты не знал?
Я не ответил.
Ириска уже прокладывала туда маршрут.
Глава 9
На кладбище, как всегда, было тихо, мирно и сыро. Даже на произвольном, из крестов и могильных досок.
Сколько идет война? Я не знал. Но если чудища, вроде «Дракона» заглядывали сюда хоть раз в неделю, то через год оно должно было превратиться как минимум в футбольное поле.
Здесь же было с полтора десятка могилок.
Цветы, плетенные вручную венки, никаких оград.
Последнее пристанище тех, кто стоял на страже мирной жизни до последнего.
Влада в самом деле была здесь. Ей не было дела до подъема: свой распорядок, свои занятия. Судя по всему, до здорового сна ей тоже дела не было, а жаль. Меньше всего мне хотелось оказаться на операции у зевающего хирурга.
Голову покрывал желтый, с деревенскими узорами платок. Измазанные в грязи перчатки, зеленый холщовый фартук. Сейчас Влада меньше всего походила на врача.
— Рядовой ружемант! — Кажется, она удивилась моему визиту. Выдохнула, встала, отряхивая колени.
— Вижу, вы чтите не только покой больных, но и храните его для мертвых, товарищ врач.
— Мертвые, живые… Все они попадают ко мне. И в первый, и в последний раз.
Я посмотрел ей в глаза. Очи врачихи сверкнули неестественной, синеватой дымкой.
А она умеет нагнать жути.
— Уже успел перенести вещи в мои апартаменты? Не стесняйся, располагайся как будет удобно, я редко там появляюсь. Отсюда спешу в кабинет, там же иногда и сплю. Сюда прихожу… встретить утро и отдохнуть.
Никогда не считал уборку могил важнее утреннего сна, но спорить не стал. Да и я здесь за другим.
— Ты что-то хотел, сероглазый?
Ее бархатный голос сводил с ума. Томный, глубокий, женственный. В отличие от остальных девчонок, у Влады был опыт общения с мужчинами. И наверняка еще какой…
Я опустился на лавочку, предложил сесть и ей: в ногах правды нет.
— Почему Бейке так… важно, что я ружемант?
— О, я ждала, что ты об этом спросишь. Рано или поздно должен был. Ты последний, сероглазый. Уникальный экземпляр, легендарная редкость.
— Прям-таки уж и последний?
— Может быть, не в мире, но в России так точно. Бейка уже говорила, что она коллекционер?
Я кивнул.
Влада сняла перчатки, выдохнула, запрокинула голову. Ухмыльнулась.
— На нее это так похоже — ничего не объяснить. Но вреда от этого не будет. Многие считают ее задумку всего лишь больной фантазией. Что и говорить, ты мог и сам счесть ее выходки… безумными.