Остались только замки на каменистых островах, пронзающих все миры, и болота, болота кругом.

Наконец-то выдалась минутка и для более полного знакомства, неудобно ведь плыть с человеком в одной лодке и не знать, как его зовут.

Орионид представил Моноцерида:

– Милые дамы, я рад познакомить вас с достойнейшим господином Стьатта, дом Бета созвездия Единорог и с не менее достойнейшим господином Белом, дом Алудра созвездия Большой Пёс.

В ответ Моноцерид представил Орионида:

– А я, милые дамы, рад познакомить вас с достойнейшим господином Кодаром, дом Тета созвездия Орион.

– Какое счастье очутится в компании достойных людей, – грустно отшутилась Ангоя. – Рада представить вам госпожу Айю, дом Аль-Нилам, созвездие Орион.

– А я в свою очередь не менее рада представить госпожу Ангою, дом Ригель, созвездие Орион, – завершила я светские формальности.

Теперь всё было правильно. Никто не потерял лица, вынужденный представлять сам себя, приличия удалось соблюсти.

Впереди на нас неслась темная масса.

Звездный свет скатывался с блестящих черных черепиц высоких крыш замка Альдерамин созвездия Цефея. Млечный Путь стал шире – позади нас сливались воедино два его мощных рукава.

Мы выплыли из правого потока, и течение явно решило проверить, чей нос, нашей лодки или главного дома Цефея, крепче.

Всё шло к тому, что нас расхлещет, как яйцо всмятку, о гранитное изножье замка.

Мужчины налегли на вёсла, пытаясь обогнуть преграду. Терпеть кораблекрушение у подножия этих стен совершенно не хотелось.

И правильно не хотелось: когда держа Альдерамин по левую руку, а берег по правую, мы уже почти миновали замок, внезапно чиркнули днищем по какой-то преграде.

Я свесилась за борт. Великое Солнце! Цефеиды в этом месте перегородили Млечный Путь цепью. С ума сошли, наверное.

Тут левый борт нашей посудины ощетинился стрелами, пущенными со стен Альдерамина. Одна стрела впилась в плечо Стьатте. Слышно было, как он охнул от резкой боли.

Если бы цепь была повыше, а киль у позаимствованной нами лодки побольше, мы разделили бы участь Моноцерида и, возможно, превратились бы в утыканных стрелами ежей, но Млечный Путь, словно осердясь за задержку, поддал нам в корму, и лодка перевалила препятствие.

В спину мне вонзилась стрела на излёте, пробив чужую одежду. Белая лента в косе подвела, – видимо в сумраке её было видно, готовая мишень.

Если бы до стрелка было ближе, стрела наделала бы бед. А так я лишь взвыла от боли и выругалась недамскими словами.

Ангоя перебралась ко мне, дёрнула без предупреждения – я взвыла ещё раз.

– Тихо, тихо, уже всё! – укоризненно сказала она. – И не ругайся как грузчик, ты не в дамском обществе.

– Сколько нового о родном городе узнаешь в такие минуты! – рявкнула я. – Цефеиды вроде бы никогда у нас во врагах не ходили?

– Но и в друзьях тоже, – тихо сказала Ангоя, повернувшись в сторону уносящегося назад замка. – Говорили, что в дни смут они стараются потопить любой корабль, проплывающий мимо, да и в мирные дни здесь частенько случаются загадочные пропажи судов.

– Четыре человека в лоханке с миску размером им угрожали, конечно! – возмутилась я.

– Не забывай про то судно, что ушло раньше нас с Краеугольного Камня – возможно, там-то как раз и были Цефеиды. А они в союзе с Тельцом. Может быть, выслуживаются перед зодиакальным созвездием?

Стон Моноцерида прервал нас, – у него-то ранение было куда серьёзнее, чем моё. Ангоя поспешила к нему. Лодка неприятно заколыхалась.

– Не хочу вас расстраивать, дамы, – заметил Кодар, сидевший на руле. – Но, похоже, не просто выслуживаются…

Из гавани Альдерамина выскользнул тот самый корабль, что покинул Краеугольный Камень раньше нас.

Ну что они на нас взъелись, нашли время!

Как мы убегали от преследования, я помню плохо: всё заглушила боль, хоть рана и не угрожала жизни, зато обильно кровоточила, набухшая кровью одежда прилипла к спине.

Мы оставили по правую руку Ящерицу, благополучно миновали Кассиопею и Персея, и даже страшного Тельца проскочили.

Но когда до Палицы Ориона осталось всего ничего, нас нагнали и просто-напросто протаранили, развалив скорлупку пополам.

Спасибо Белу из созвездия Большого Пса – он выволок меня практически из-под днища корабля Цефеидов и, не давая захлебнуться, вытащил на берег.

Чуть позже к нам присоединился Кодар.

А Ангою и раненого Стьятту из созвездия Единорога захватили люди с корабля, который прямым ходом пошёл в ближайший тауридский замок.