– Сразу, наверное, - пожал плечами и накрыл ее руку своей. – Но относился к тебе как к подруге, не знаю… запрещал себе думать о тебе в другом ключе.

– Мне всегда казалось, что таким мужчинам, как ты, нравятся совсем другие женщины.

– Что еще выдумала? Каким таким?

– Нарываешься на комплименты? – хмыкнула она, второй рукой скользнув по животу, отчего я вздрогнул.

– Ну уж нет! Ты знаешь, я этого не люблю.

– Ты просто не понимаешь ничего в мужской красоте.

– И слава Богу! Еще чего не хватало.

Рукой убрал ее волосы со лба и тут же улыбнулся:

– Зато я понимаю в женской красоте. Мне досталась самая невероятная девочка. Юлька, я так тащусь от тебя, от твоего взгляда. Иногда я даже не верю, что ты моя.

– Я тоже иногда в это не верю. Ну, в смысле что ты мой, - она хихикнула, а я склонился и оставил поцелуй на ее губах.

– Хочется всегда тебя целовать.

– Ты мне зубы заговариваешь? – с прищуром спросила она.

А я замер, посмотрев в ее глаза серьезным взглядом.

– Никогда не ставь под сомнения мои чувства. Поняла? – строго спросил я, пытаясь не кричать.

– Угу, я-то поняла, а вот ты…

– Юль, я так полагаю, мне не отвертеться от того разговора.

– Ну, теперь точно нет. Я и так заждалась.

Я выдохнул и, откинув голову назад, на бортик ванной, на миг прикрыл глаза:

– Нам угрожают. Точнее, тебе.

– Что, прости? Ты о чем, Захар?

Я открыл глаза и замер взглядом на Юльке.

– Юль, у тебя есть какие-то ценные вещи? Я имею ввиду, может что-то старинное, по роду передается. Не знаю.

– Ох, Захар, ну и вопрос… Я никогда ничего такого не видела. Да и мама бы не скрывала от меня. А почему ты спрашиваешь? Кто угрожает? Зачем?

– Я не знаю, малышка. Но кто-то определенно хочет, чтобы я исчез из твоей жизни. Я не хотел тебе говорить.

– Подожди, как исчез? Ты сейчас о чем?

Юлька всполошилась, в ее глазах появился страх, и она пальцами сжала мои плечи.

Черт, я вот этого боялся больше всего. Ее волнение, страх.

– Взрыв в моей квартире, сообщение на твоем телефоне…

– Какое сообщение?

– Черт! – я выругался и водой плеснул в лицо.

– Ты что-то скрываешь от меня?

– Прости, я не хотел говорить тебе.

– Захар, говори уже все сразу. Хватит тайн! Ты рылся в моем телефоне?

– Я не рылся в твоем телефоне, Юль. Я был рядом, когда увидел сообщение на экране…

– Что там было? Почему мне не сказал?

– Та взрывчатка была для того, чтобы тебя припугнуть. А еще у тебя есть какой-то секрет от них.

– От кого? Какой секрет? – крикнула она и стала подниматься из воды, я не хотел отпускать. – Это уже не смешно. Пусти, Захар.

– Юль, не дергайся, послушай.

– Я хочу встать. Не понимаю я, какие секреты, о чем речь.

Я позволил ей подняться из ванной и последовал за ней. Набросил на плечи полотенце, вытирая ее тело.

– Почему ты мне сразу не сказал?

– Не хотел. Я не хотел, чтобы ты знала об этом.

– Именно поэтому у тебя пистолет?

– Да, на всякий случай, потому что… Не знаю я… - выдохнул и, развернув Юльку к себе лицом, добавил: - я никак не могу вычислить, кто это делает. И меня это дико раздражает! Понимаешь? И новое нападение можно ждать, где угодно.

– Подожди, ты хочешь сказать, что тогда две гвоздики…

– Да, это тоже были они.

– Господи, - Юлька руками прикрыла лицо и прижалась ко мне.

А я готов был рвать и метать, только бы найти гниду, посмевшую запугивать мою девочку. Но черт, ни единой малейшей зацепки, кто бы это мог быть!

У меня кровь в венах стыла, когда малышке было страшно или больно. Это для меня сродни удару молнией. Я ни в какую не желал смотреть на ее страдания, потому и скрывал происходящее, но всему есть предел. Уверен, Юлька и так будет злиться на меня ха то, что сразу ей обо всем не рассказал.

– Все будет хорошо, ты же знаешь, я не дам тебя в обиду.

– Я не понимаю, что происходит. У меня нет ничего драгоценного. Ни у меня, ни у мамы.

– Я буду искать того, кто это творит. Они пытаются мне навредить, лезут и в мою семью тоже.

– Ты о чем? – она отстранилась от меня и заглянула в глаза.

– Начали плести, что Марианна не родная.

– Серьезно? Но это же неправда?

– Нет. Марианна наша. Я уверен, они специально хотят навредить.

– Я прошу тебя, Захар, не позволь им этого… не позволь…