Размышляя над тем, что отправить в ответ, девушка параллельно гадала, входит ли покупка бытовых вещей для подопечного в обязанности менеджера? Неплохо бы узнать этот нюанс у Левина.

«Гендиректор! – Даня вскинулась и наткнулась на пристальный взгляд темных глаз. Левин сидел так тихо, что она, разрешая внезапно появившуюся дилемму, совершенно про него забыла. – Черт. Проклятый пацан! И его колени!»

– Жаль отрывать вас от дел, – мягко протянул Глеб.

«Злится? Не похоже».

– Извините. – Даня сунула мобильный в карман – от греха подальше. – Может, сделаем заказ? – Последнее предложение прозвучало чересчур бодро.

– Непременно.

Шустрый официант принял заказ и стремительно ретировался. Он ничего не записал, но Даня была более чем уверена, что приготовлено и принесено будет именно то, что они пожелали.

– Итак. – Глеб окинул взглядом ее руки, убеждаясь в том, что отвлекающий элемент в поле зрения отсутствует. – Рад, что мы с вами нашли возможность пообщаться в неформальной обстановке.

Даня с тревогой покосилась на палантин, лежащий на диване. Почему-то хотелось укрыться с головой. Странно, ведь обычно она чувствовала себя вполне уверено даже с высоким начальством. Возможно, виной были чертовы повязки. Они будто выпячивали всю правду – то, насколько она на самом деле уязвима.

Пора взять себя в руки. Даня глотнула воды.

– Восхищен вашими способностями, Даниэла. – Глеб предпочитал удерживать зрительный контакт. Подобный напор с его стороны не давил, возможно, потому, что в чертах его лица всегда оставалась едва уловимая мягкость. Воспринималось это примерно так: «Боже, он такой чуткий и добрый. Ему обязательно стоит довериться». Опасное впечатление. – Вы удивительны. Собранность, уверенность, знание иностранных…

– Уступками вы добьетесь большего, – выпалила Даня.

«А-а-а, хорош уже перебивать босса, Шацкая!»

Обескураженность всего на мгновение мелькнула на лице Глеба, а затем завораживающе глубокие тональности вернулись. Не мудрено понять, что тон беседы всегда привык задавать он, и восстановить сбитый Даней ритм оказалось нелегко.

– И что же вы понимаете под «уступками»?

– То же, о чем говорила днем. – Даня максимально выпрямила спину. Наконец-то, они перейдут к делу. – Необходимо разрешить Якову заниматься фигурным катанием.

– Так уж «необходимо»? – Здесь в его интонациях появилось легкое поддразнивание.

Даня проигнорировала попытку свести все к игре.

– Да, необходимо пойти на эту уступку.

Глеб с секунду внимательно смотрел на нее, а потом откинулся на спинку стула.

– Я запрещаю ему этим заниматься не из-за простой прихоти, Даниэла.

– Понимаю. Однако усугубляет дело не сама деятельность, а абсолютный запрет. Вы ведь не станете отрицать, что это вовсе не блажь капризного мальчишки. Левицкий действительно умеет кататься и делает это не просто хорошо, а…

– Превосходно, – сухо закончил за нее Левин. Он провел пальцем по стеклянной ножке бокала. – Яков превосходно катается.

– Именно. – Даня перевела дыхание и шлепнула ладонью по вибрирующему карману, смутно надеясь на то, что ее шлепок достигнет и настырного мальчишки, находящегося на другом конце города.

– Что ж, скажу прямо. – Глеб поджал губы. – Проблема в том, что превосходно катающийся Яков не может делать это вполсилы. Полная отдача – качество, которое всегда восхищало меня в нем. Но в данное время, здесь и сейчас, полная отдача ему лишь вредит. Она не нужна. Вопреки мнению Якова, я – не мировое зло. Я желаю оградить его от беды. Вот и все.

– Он не сможет полноценно заниматься фигурным катанием?

– Нет. – Было заметно, что эта тема неприятна Левину. Однако он продолжал поддерживать беседу.

Из коридора послышался топот – кто-то старательно отбивал подошвы о пол. Судя по всему, вежливость сотрудников ресторана включала в себя неформальную обязанность заранее оповещать гостей о своем приближении, чтобы дать возможность на время приостановить беседу. Оставив на столе салаты, официант выскочил в коридор и почти бегом пересек его. Небольшой перебор с вежливостью.

Теперь есть расхотелось вовсе. Даня придвинула к себе салат, украшенный зеленью, и подтащила поближе плетеную корзинку с завернутыми в салфетки приборами.

– На противостояние тратится уйма сил. – Даня подцепила вилкой сразу два кусочка огурца и переложила на другую сторону тарелки. – Левицкий воюет с вами, тратит время, когда как он мог бы полностью сосредоточиться на текущей работе.

Как же приятно было вернуться в атмосферу переговоров, тезисов и аргументаций! Даня представила доску, где она могла бы нарисовать пару графиков и наглядно показать гендиректору Левину, насколько повысится результативность работы Принцессы при новых условиях.