– Можете, господин, – Ван Дзинвэй поклонился, не вставая с шёлковых подушек. – Не желаете приобрести хорошие пеньковые верёвки по два шиллинга за ярд? Это достойная цена, господин, а при оптовой закупке возможна скидка.

– К дьяволу скидки! И верёвки тоже к дьяволу! Меня больше интересует, когда ваши обезьяны перейдут в наступление.

– Это ваши обезьяны, господин.

– Хорошо, это мои, – согласился сэр Уильям. – Что вы там говорили о праве отдавать приказы?

– Его нет в договоре, господин, – генерал не забывал кланяться при каждом слове. – Но вы можете доплатить, и мы внесём дополнение.

– Сколько? – смирился с судьбой полковник. – Но хочу предупредить, что серебряных шиллингов больше нет.

– Меня устроят гинеи и даже соверены, господин. Чеком тоже можно.

– Вот как?

– Обстоятельства изменились, господин. Но чеком в два раза дороже.

– Так сколько? – сэр Уильям достал из кармана чековую книжку и вечное перо. – Пяти тысяч фунтов хватит?

Китаец щёлкнул крышкой золотых часов:

– Десять тысяч, господин, и ровно в пять часов вечера войска перейдут в наступление.

Полковник тяжело вздохнул и проставил в чеке нужную сумму. В конце концов, его всегда можно отозвать – в этих чёртовых горах нет банков, и толстой обезьяне негде обналичить. А потом… покойники вообще ничего не могут обналичить. Любой Томми из взвода охраны с удовольствием и бесплатно перережет глотку жирному торгашу, купившему генеральское звание на рынке в Нанкине. Там таких генералов по три десятка в каждой опиумокурильне.

– Надеюсь, больше никаких препятствий для начала наступления нет? – Сэр Уильям внёс изменения в свой экземпляр договора и протянул бумагу китайцу.

– Никаких, господин, – Ван Дзинвэй расплылся в довольной улыбке. – После оплаты императорской пошлины на безналичный расчёт договор вступает в силу в полном объёме.

– Какая, к дьяволу, пошлина?

– Императорская, господин.

– Откуда она взялась?

– Она всегда была, но так как в прошлый раз вы заплатили серебром…

– Чёрт бы вас побрал вместе с вашим императором! – сэр Уильям снова раскрыл чековую книжку и задал привычный вопрос: – Сколько?

– Пятьдесят процентов от суммы сделки.

– А потом ещё пятьдесят от суммы пошлины?

– Преклоняюсь перед вашей мудростью, господин.

Полковник грязно выругался и выписал чек сразу на десять тысяч:

– Если вы опять заведёте разговор про деньги, я лично прострелю вашу тупую башку, генерал!

– Не извольте беспокоиться, господин, – Ван Дзинвэй спрятал чек где-то в глубинах необъятного форменного халата. – Наступление начнётся ровно в пять часов вечера.

И китайский генерал не подвёл, сдержал данное сэру Уильяму обещание. Ровно за десять минут до назначенного времени зарокотали барабаны, завыли трубы, и неровные шеренги пришли в движение. В первых рядах низкорослые копейщики и алебардисты, готовые принять на себя первый, самый губительный удар обороняющихся. За ними аркебузиры с зажатыми в зубах тлеющими фитилями. Потом многочисленные мечники – им выпадет честь пройти по телам павших и в рукопашной схватке уничтожить истратившего боеприпасы противника. Освящённое веками воинское искусство, не утратившее актуальности даже в эпоху огнестрельного оружия. Ещё сам Конфуций говорил: «Трупами больших батальонов всегда можно завалить сидящего на берегу реки врага!»

– Желаете лично возглавить ваши доблестные дивизии? – генерал Ван Дзинвэй рукоятью вперёд подал сэру Уильяму длинный тонкий меч, украшенный разноцветными шёлковыми кистями, но, увидев напряжённое лицо полковника, поспешил уточнить: – Это бесплатно, господин.

– Совсем бесплатно? – не поверил полковник, но протянул руку к древнему оружию. Точно такой же меч, но хуже качеством, шесть лет назад был продан с аукциона в Лондоне за восемь тысяч гиней. Неплохое вложение капитала. – И без пошлины в пользу вашего императора?

– Господин, этим мечом в древние времена убили самого Манаса Великодушного, и с тех пор он может принадлежать только великим героям. Вы же герой, господин?

– Несомненно, – кивнул сэр Уильям и осторожно взялся за рукоять, обтянутую шершавой кожей неизвестного животного. Тут же через ладонь хлынула чистая и пьянящая магическая энергия, от которой закружилась голова. Но полковник справился с головокружением и гордо расправил плечи. – Да, я герой! Я всех убью!

– Господин, не нужно убивать всех, достаточно будет, если ваши храбрые солдаты немного подгонят этих трусливых обезьян.

– Правильно, – согласился сэр Уильям и повернулся к своей охране. – Слышали? Примкните штыки и убейте каждого, кто посмеет остановиться! Я сам вас поведу! Вперёд, чудо-богатыри!

– Плагиатор, – генерал Ван Дзинвэй вышел из шатра, проводил взглядом убегающего полковника и опять щёлкнул крышкой часов. До конца наступления осталось три… а, нет, уже две с половиной минуты. Успеют первые ряды дойти до минных полей перед русскими позициями?

Полторы минуты… Тридцать секунд… Ага, не дошли!