Итагаки проявил редкое упорство и тратил на обучение много времени.

Леониду такое рвение пояснил просто:

— А что еще мне делать? Старая жизнь закончилась, новую я пока не нашел. Полно времени.

Он выказал в том числе желание обучиться пилотированию корабля. Касс узнал, что Синкаю случалось водить транспортный вертолет в особо жестких условиях — за свою жизнь ему трижды приходилось выводить вертолет из-под обстрела, когда пилот погибал или получал ранение — и согласился научить его базовым навыкам управления кораблем.

Для этого использовалось то же самое прикрытие: в корабль садились, кроме Итагаки и Касс, несколько андроидов, окружающим давалось объяснение «учим пополнение пилотировать». О том, что весь состав «Псов» способен управлять почти любым транспортом, записано в их деле, так что ничего удивительного, суперэлита же.

Леонид и Касс заметили, что Синкай, сделавший существенный прогресс, начал прикипать сердцем к устаревшему десантному кораблю, только когда японец спросил, как он называется.

— У нас, сссла, нет обыкновения давать личные имена неодушевленным предметам. Вот моделям и классам — да, но не каждому кораблю индивидуально, — ответил Касс.

— Непорядок, — возразил Синкай, — даже если смотреть с твоей точки зрения, этот корабль уже не стандартный, потому что он уже из «десантника» переоборудован в торговца. Он уже не «стандартная модель», а значит, ему нужно имя.

— Да ради бога, или ради чего еще вы там даете имена вещам, — хмыкнул Касс.

Синкай ходил задумчивый три дня и наконец предложил назвать корабль «Куронэко».

— Что это значит? — спросил Леонид.

— «Черная кошка», — ответил Итагаки. — Смотри, если взглянуть вот под таким углом, то нос корабля похож на кошачью морду, вон те выступы — уши, малость купированные, а вот в этих местах если представить себе глаза, ну или нарисовать, то получится натурально кошачья морда.

— Да пусть будет «Куронэко», — пожал плечами Касс, — только глаза рисовать не вздумай и название на борту писать. С вас, землян, станется замазать невзначай какой-нибудь важный сенсор.

Итагаки нашел выход и написал имя корабля на опорной плите выдвижной посадочной опоры.

— А почему иероглифы разные на этой опоре и на этой? — полюбопытствовал Касс.

— На этой написано имя корабля. На той — пожелание на счастье.

— Не удивляйся, — сказал Кассу Леонид, — японцы очень суеверные люди. У них религия — синтоизм — вписана в культуру, причем так плотно, что синтоизм даже не считается религией. Только японец может ходить в храмы, выполнять различные ритуалы, верить в посмертие и при этом вполне серьезно считать себя атеистом.

Вместе с тем, служба, хоть и необременительная, постепенно начала казаться скучной не только Леониду, но и Синкаю. Касс, будучи представителем влиятельной цивилизации и вообще пронырливым типом, быстро завел новые знакомства, а вот землянам, даже захоти они сделать то же самое, мешала легенда подразделения, вынуждающая их всегда держаться особняком.

Синкай повадился изучать данные о планете и как-то предложил сгонять в исследовательскую экспедицию: на планете всего четыре разные колонии, она почти вся — белое пятно, обследованное в лучшем случае дронами с воздуха.

Он даже нашел в базе данных место, имеющее неестественное происхождение, со странными холмиками и окруженное замкнутым прямоугольным рвом. Причем оно было обнаружено еще четыреста периодов — то бишь сто лет — назад, при открытии планеты.

Леонид эту идею не одобрил.

— Синкай, я тебе рассказывал, как на Чоданге участвовал в археологической экспедиции? Там Лаш чуть не схарчили, а мне пришлось помахаться с хрен знает чем. И самое неприятное — мы до сих пор не поняли, что это за пятиножки такие были. Ладно если животные — а если нет? Они были настолько чуждыми, что там просто не поймешь, даже будь они разумны. И это как бы не они к нам приперлись, а мы к ним. Получается, может быть, они разумные — а мы там их постреляли малость, при том что агрессоры мы, а они защищали свое подземелье от вторжения. В общем, лучше не лезть туда, куда тебя не пригласили — и сам целее будешь, и дров не наломаешь.

День за днем, провал за провалом.

Кирсан вскоре осознал, что никакие тренировки не помогут ему нормально управлять своим легионом при такой адской тряске, он просто не в состоянии точно кликнуть куда надо. А Дирк, ясен хрен, свои тесты сдает один за другим.

В какой-то момент он начал всерьез подозревать, что Дирк умышленно водит предельно экстремально: ей-то что, провал земляшки не ее вина. То ли она его на прочность пробует, то ли задалась целью заставить выйти из команды, хоть и не совсем понятно, что при этом выгадает сама Дирк. Вроде бы, у нее нет альтернативы в виде другого легата, хотя кто знает.