— Вика! — рявкаю я.

В ее янтарных глазах вспыхивает раздражение от моего присутствия. Она поворачивает голову в мою сторону, затем откидывается на спинку стула, складывая руки на груди, как капризный ребенок. Ее сиськи выпирают из-под платья на всеобщее обозрение. Образы того, как она маленьким ребенком гонялась за Виктором, всплывают в моем сознании, но исчезают так же быстро, как и появились.

Она больше не та девушка, и Виктора больше нет.

— Ступай за мной в мой кабинет, — говорю я ей. Это не просьба, это чертов приказ, и она это знает. Она еще не замужем. Я слышу ее раздражение, как и скрип стула по полу.

Ее каблучки, цокающие по деревянному паркету, говорят о том, что она выполняет мои слова. Я иду к себе в кабинет. Это единственное место, которое до сегодняшнего дня, когда Ирина вторглась в это пространство, было приватным и только моим.

— Чего ты хочешь, Влад? Я знаю, что ты меня позвал не любезностями обмениваться. — Она проводит рукой по одной из высоких книжных полок, украшающих одну из стен. Вика вздергивает нос, когда делает вид, что вытирает пыль со своей руки. — Это место действительно катится под откос. Тебе следует нанять кого-нибудь в помощь, кто действительно знает, как на самом деле проводить уборку, а не просто полировать член.

— Я вижу, твой вульгарный рот все еще цел, — усмехаюсь я, усаживаясь за свой стол.

Она издает хмыкающий звук, прежде чем скрестить руки на груди и, вальсируя, подойти к моему столу, игнорируя стул, расположенный напротив него. Вместо этого она садится на угол стола, со стуком опрокидывая подставку для ручек.

— Ты думал, отправив меня туда, ты как-то приручишь меня, брат?

Я слишком напряжен. В висках пульсирует тупая боль. С меня хватит этого дня. Я окидываю взглядом ее наряд и отвечаю на ее вопрос:

— Я знаю, это не помешало тебе выставлять себя напоказ перед Вениамином, как одну из самых дорогих шлюх отца.

Она сужает глаза и приподнимает уголки губ.

— Ревнуешь?

Ревную? Что за нелепые вещи ты говоришь.

— Мою сестру? Сомнительно. Ты же знаешь, что это не так, Вика. — Я почти смеюсь, но это было бы наградой для нее. Она не заслуживает никакой реакции.

В ее глазах появляется лукавый блеск, когда она наклоняется над моим столом и шепчет:

— Не меня. Его. Похоже, он действительно заводит всех девушек.

Я не уверен, в какую игру она пытается играть и на что намекает. Вениамин — привлекательный мужчина, который никогда не испытывал трудностей с поиском партнерш в постели. Для меня это не новость, и мне, конечно, все равно. Мы сами участвовали во многих грязных играх.

— Есть ли что-то, что ты пытаешься мне сказать и в чем с треском проваливаешься, сестра?

— Я просто говорю, что у Вэна есть привлекательность, которую даже самые чопорные из нас не могут отрицать. Почему бы тебе не спросить свою невесту, что она думает? — С этими словами она ухмыляется и встает на ноги, прежде чем выйти из моего кабинета, будто она здесь хозяйка.

Что, черт возьми, она имела в виду? Я не позволю ей выводить меня из себя. Это то, чего Вика добивается, и меня не так-то легко разыграть. Я спрошу Диану, что она имела в виду под своими словами, и она мне скажет. Вика есть Вика. Вэн бы упомянул, если бы Диана заигрывала с ним. Разве не так?

Подключившись к мониторам в спальне Дианы, я вижу смятую постель и звук включенного душа. Мой палец зависает над кнопкой комнаты Ирины, и в моей голове роятся тысячи пчел. Она вызывает во мне такой отклик, что я даже не думаю, что она человек. Как Ирина может иметь такую власть надо мной?

Пальцем щелкаю по кнопке, и экран заполняет ее комната. Девушка растянулась на кровати, ее платье лежит на полу, и она все еще в трусиках, лифчике, чулках и туфлях на высоких каблуках. Какая картина предстоит передо мной. Ее светлые локоны развеваются вокруг нее, как нимб, но Ирина не ангел. Она соблазнительница, суккуб, ожидающий момента, чтобы наброситься и высосать всю мою силу воли. Вынимая член из брюк, я растираю жидкость, скопившуюся на кончике, подушечкой большого пальца. Я хочу вонзить в нее свои зубы, оставить отметины на ее коже, вызвать появление синяков и жжение. Отпечатки моих ладоней будут чудесно смотреться на ее драгоценной, девственной коже. Я надеюсь, что она будет плакать. Я буду мучить ее тело, доведу ее до грани эйфории и верну обратно, кричащую и умоляющую о большем. Мой язык будет пробовать на вкус каждый дюйм ее тела, проникая в ее узенькую дырочку и растягивая ее. Ее стоны превратятся в вопли экстаза.

Сжимая свой член почти до боли, я отпускаю его и засовываю обратно в брюки. Для этого дерьма у меня есть невеста. Поднявшись на ноги, поднимаюсь по лестнице и проскальзываю в комнату Дианы. Душ все еще работает, но через несколько секунд выключается. Ее движения слышны через открытую дверь, но я не открываю ее, чтобы мельком увидеть.

Со временем Диана откроется мне полностью.

Какой хорошей женой она будет.

Я стучу костяшками пальцев по двери ванной и слышу ее вздох.

— Я думала, ты злишься на меня… — Диана заикается на последних словах, когда видит, что я стою по другую сторону двери.