— Винтик… Шпунтик…

— Да никуда они не денутся! Они еще с вечера не протрезвели, — возмутилась Людка.

— Мир спасать… — тихо проскулил агент.

И вот теперь они тащатся спасать мир. Вернее, Людка тащит героя, который находится в таком состоянии, что не только спасти кого-либо не может, а вообще кому хочешь лишних неприятностей добавит.

И все-таки продавщица была счастлива. Мужчина ее мечты, ее красавец-блондин с волевым подбородком был при ней. До счастья осталось совсем немного, только выполнить задание правительства, и все. Потом она отмоет его, причешет, напоит горячим чаем, разотрет спиртом, уложит на мягкую перину и согреет своим большим телом. От сладких видений у нее закружилась голова. Перед глазами поплыли картины безмерного счастья: как он выходит из баньки в белой как снег рубашке, а она ждет его на аккуратненькой верандочке с самоваром на накрытом ажурной скатерочкой столе. А на крылечке копошится маленький пухлый сынишка. «А что? — смутилась Людка. — Подумаешь, сороковник. Бабы и позже рожают».

Агенту же, впавшему в забытье, мерещился Саддам Хусейн, в военном берете и блестящих плавках исполняющий танец живота и грозящий ему пальцем.

«Ничего, ничего, — кряхтя от натуги, думала Людка, — сейчас спасу мир и заживу по-человечески».

До взрыва осталось 02 часа 30 минут 26 секунд.

Лина раздвинула ветки черемухи и радостно выдохнула:

— Эврика!

Впереди чернели покосившиеся домики с наступающими под самые крылечки неухоженными садами, с длинными грядками картошки и аккуратно возделанными островками клубники. Кое-где над этим тихим захолустьем вздымались зеленые крыши новых кирпичных строений, больше похожих на небольшие дворцы. Но большинство «дворцов» пялилось в мир пустыми черными глазницами. Их не успели достроить до кризиса, а потом уж и не притрагивались. Сквозь поселок проходила дорога, больше похожая на застывшую реку бурой глины. В ста метрах от первого дома торчала старая табличка с надписью «Рачки».

— С ума сойти! — радостно подхватила Алиса и вылезла из леса на открытое пространство. — Люди! Деревня! Тишина!

— Да, тут пороху не нюхали, — сестра последовала ее примеру. — Ну, что будем делать?

— Как это что? — Алиса улыбнулась. — Зайдем в первый дом и попросим довести нас до приличной дороги. А там поймаем машину — и в Москву.

— А дальше? — Лина насупилась. — Если за нами уже и танки послали…

— Да перестань ты нудить! Пошатавшись по лесу, я пришла к выводу, что мы с самого начала вели себя неправильно. Нужно было сразу ехать в милицию. Мы же ничего не натворили! Теперь доберемся до родителей и пойдем туда все вместе. Все объясним.

— Ну-ну… — Сестра не была настроена так оптимистично. Однако сочла первую часть плана вполне приемлемой. До родителей действительно нужно добраться побыстрее.

Они пошли по дороге к деревне.

— Господи! — восхищалась Алиса. — Какая милая глушь! Ни тебе бандитов, ни сумасшедших, ни танков. Живут же люди!

Умиротворенность дачного поселения проникала под кожу приятным расслабляющим теплом.

— У меня такое ощущение, что я проснулась, — усмехнулась Лина, — и сон был сущим кошмаром.

Они вошли в приоткрытую калитку первого попавшегося на пути дома. Во дворе росла крапива и лопухи. А из огородных культур только разлапистые листья хрена, и то как попало.

— А может быть, тут никто не живет? — Алиса опасливо огляделась.

Лина же, пригнувшись, подобралась к окну и прислушалась. Потом шепнула:

— Нет, кто-то говорит. Но я не могу понять, что.

— Мне тут почему-то не нравится. — Алиса поежилась.

— Это нервное. — Однако Лина не спешила стучать в стекло.

— Может, в другой двор пойдем? — робко предложила сестра.

— Они тут все одинаковые.

— А издали казались такими спокойными…

— Я же говорю, у тебя нервы расшалились.

— Вообще-то есть от чего. — Алиса подошла к ней и взяла за руку: — Давай с другой стороны обойдем.

— Зачем? — Лина вскинула брови.

— Ну… — Алиса задумалась, — не знаю. Давай обойдем дом вокруг, посмотрим, что к чему.

— По-моему, это глупо.

— Да уж, — не стала спорить Алиса и все-таки направилась за угол.

— Ну какого дьявола тебе там понадобилось! — прошипела сестра, но последовала за ней.

Внутренний двор от внешнего ничем не отличался. Разве что крапивы было заметно больше. Посреди ее жгучих зарослей, недавно примятых проезжавшими колесами, высился брезентовый холм.

— Это, похоже, машина, — предположила Алиса.

— И что с того?

— Можно подумать, у меня «девятку» угнали!

— Предлагаешь ходить по району и разглядывать все машины?

— Не все, а только очень похожие на твою. — Алиса присела и приподняла край брезента в том месте, где у машины обычно бывают задние номера.

— Ты с ума сошла, — успела пискнуть Лина, прежде чем сестра повернулась к ней и одарила торжествующей улыбкой.

— Ты свой номер помнишь?

— Ну?

— Можешь не обольщаться, наш кошмар продолжается. Это твоя машина.

— Нет! — Лина кинулась к ней, тупо глянула на номер.

— Точно тебе говорю, — уверенно кивнула Алиса.

— Господи… — Лина села в крапиву, прислонилась спиной к капоту, закинула голову и закрыла глаза.

— Интересно, а мертвый Бычок еще в багажнике? — Алиса закусила губку.