Шрифт:
Джексон расхохотался.
– Поздновато пушку вытащил, приятель. Перемен теперь не предотвратишь. Очень скоро уголовниками объявят именно вас, поддерживавших этот гнилой режим, обеспечивавших процветание грязному, развратному, пропитавшемуся алкоголем и наркотиками обществу! Мы сделаем Соединенные Штаты страной приличныхлюдей!
– Коль скоро, - хмыкнул я, - ты сделался противником разврата и грязи, какого хрена избираешь местом встреч паскудные порнографические лавки?
Джексон прочистил горло:
– Чтобы сражаться со злом, нужно узнать его изнутри!
Покосившись на телевизионный экран, я сокрушенно вздохнул.
– Сюжетец не ахти какой, но актеры играют великолепно... Да, едва не позабыл. Перед входом дожидается комитет по встрече. В твою честь собравшийся. И позаботится о боевом товарище, покуда не приедет группа допроса.
Джексон вздрогнул.
– Группа допроса?
– Да, я вызвал их загодя.
– Ты знал?..
– Да за тобою приглядывали от самой Санта-Паулы, - засмеялся я.
– Лежа в больнице, я успел многое обдумать и взвесить. И раскусить тебя полностью. Приберегал помощничка на черный день, рассчитывая, что ты зарвешься окончательно, сделаешь неверный шаг и облегчишь хоть одну важную задачу... Сам того не желая, конечно. Теперь, милейший, понадобится рассказать, куда упрятали Мадлен Эллершоу. Добровольно поведать, или при соответствующем нажиме, выбирай. Мне, по сути, наплевать, но в ГД берут ребят, не слишком склонных миндальничать, и мальчики облизывают пальчики, слюной истекают, уповая, что подследственный упрется и даст возможность развлечься как следует...
Глаза Джексона сделались почти геометрически округлыми. При неверном свете экрана было заметно: субъект бледен до синевы, панически перепуган. Именно поэтому я и не спешил изымать подонка из обращения. Личное дело Джексона свидетельствовало: парня можно сломать без особых трудов. Его и сломали однажды, после чего Мак велел понизить Джексона в должности, перевел на подсобную работу.
Упаси Господи осуждать человека, не выдержавшего пыток. При долгом и умелом следствии любого заставляют разболтаться, за вычетом редких психопатов, страдающих истерической анальгезией [2] . Но Мак посчитал, что болевой порог подчиненного чересчур уж низок...
2
Патологическая нечувствительность к боли.
Должно быть, пережитое унижение породило в Джексоне жажду отомстить, утвердиться сызнова. Или мой помощник от природы был продажен. Или на нем испытали средства, изобретенные в загадочном Институте Человековедения и Управления Поведением... Понятия не имею, да и не шибко меня занимало это. Важен был итог, а в нем сомневаться не следовало.
Белый, как мел, внезапно взмокший, Джексон уже предчувствовал истязания, противостоять которым не мог заведомо.
– Хелм; я клянусь, что ни сном ни духом не...
– Кто знает?
– Беннетт...
– Кто помогает Беннетту?
– Джим Делленбах, крупный светловолосый агент, которого ты по морде револьвером хватил, и Боб Нолан. Тот, в сортире отсыпавшийся...
– Помню, помню... Есть еще один: зарезавший секретаршу Бирнбаума. И полицейского сообщника пришивший за ненадобностью дальнейшей.
Джексон затряс головой:
– Не знаю! Клянусь, не знаю! Этого не говорили.
– Плотный, пожилой наемник. Фил Бюрдетт?
Поколебавшись, Джексон ответил:
– Бюрдетт не работает на посылках.
– А кем же он числится?
– Черт, ведь им нужен хоть один профессионал, этим безмозглым олухам!
Джексон явно пытался мне что-то сообщить обиняками, и я, кажется, угадал, что именно. В подробности вдаваться было недосуг. Пристально и злобно глядя на бывшего товарища, я спросил опять:
– Где спрятали Мадлен?
– Клянусь! Клянусь, я не знаю! Подумав с полминуты, я решил: Джексон изрекает сущую правду. Не стал бы запираться перед грядущим инквизиторским сеансом, шкуру бы свою поберег... Увы, надеждой меньше...
– Пойдем-ка, - велел я.
Солнце сияло напропалую, мир казался радостным и безмятежным. Крестьянская физиономия Джексона принялась было обретать естественный оттенок, но вновь позеленела, когда из дожидавшегося поблизости автомобиля деловито выступили двое.
– Осторожно, - предупредил я.
– Обыскать не успел.
– Сами позаботимся.
– Полагаю, парень выложил все, что мог.
– ГД проверит... Я пожал плечами:
– Их работа, их право...
Джексона заботливо усадили в машину. По бокам предателя тотчас расположились охранники, шофер включил двигатель и покатил прочь.