– Здесь.
– сказал Казначей, резко остановившись и повел рукой в сторону.

Вспыхнула, от выпущенной ракеты, туча и я увидел, впереди себя, бачки и черные бугры, рядом с ними.

– Крафт.
– крикнул я- Видел?

– Да.

– Попытайся метнуть "кошку" за бачки, при очередной ракете. До них, вероятно, метров пятнадцать.

– Я попробую, сержант.

Он отдал конец веревки Джину и стал сматывать "кошку" в рулон для броска. Опять вспыхнула туча и "кошка" унеслась в надвигающуюся темноту. Крат и Джин потянули веревку.

– Сержант, вроде есть.

Вновь глухой свет озарил холм и мне показалось, что в мою сторону медленно перемещается вал грязи. Опять стало темно.

– Казначей, помоги.
– выкрикнул Джин.

Через некоторое время вал грязи с бачком оказался у наших ног и мы принялись руками очищать, находившуюся под ним фигуру. При очередной вспышке, я разглядел полуочищенное от грязи лицо и не узнал, кто это.

– Это Сверчок.
– сказал Джин- Я его узнал по кривому носу.

Крафт, с руганью, стал вырывать крюк "кошки" из одеревеневшей мышцы бедра Сверчка.

– Следующий, по моему, на два метра дальше.
– сказал Крафт и стал вновь наматывать веревку для броска.

Вспыхнул свет и Крафт опять метнул "кошку". Джин потащил веревку к себе.

– Попал.
– сказал он.

– Мне, кажется, я услышал стон.
– вдруг зашипел Казначей.

– Такая штука вопьется, даже мертвый застонет.
– заметил Джин.

– Ребята, быстрее.
– поторапливал я их.

Они втроем перебирали веревку в руках. Вдруг, раздался выстрел, и ребята упали в кусты

– Снайпер. Мать его. Как он гад видит?
– вырвалось у Джина.

Крафт шипел в темноте как змея, вытащив перерубленный конец веревки.

– У нас больше нет "кошки" - сказал Казначей.

– Все равно его надо вытащить. Он стонал, он ранен- заявил я.

При вспышке тучи, я увидел недалеко, где- то в метрах семи, бугор поднявшейся земли.

– Он почти рядом.
– сказал я- Крафт, размотай веревку, один конец ее, я привяжу к своей ноге, а другой- к руке. Вы же, возьмете середину веревки и по моей команде, когда я подползу к раненому, тащите. Джин, оторви бачок от руки Сверчка, сними с него ремень и захлестни по диагонали через плечо на нем.

– Не надо туда сержант. Это очень опасно. Давай, лучше, сбегаю к нашим.
– и Крафт махнул рукой в тыл- Достанем еще одну "кошку".

– Если он жив, он просто задохнется в грязи. Ты посмотри какой вал грязи, не ясно как он лежит, где рана, на голове или на туловище. В любом случае, если мы его быстро не вытащим, он задохнется и ему конец.

Я привязал конец веревки к ноге, другой, легким узлом к руке. Джим освободил руку Сверчка от бачка, а его ремень перехлестнул через плечо. Опустив отворот кепи на уши, я плюхнулся в грязь рядом со Сверчком, просунул руку под ремень Сверчка и прижался к нему. Голову пришлось положить на бок и сейчас же холодная грязь, до самого носа, облепила лицо. Я начал ползти, прижимая труп к себе, с трудом находя неровности почвы под слоем грязи, а она уже залила мне второй глаз и я ,как при плавании "кролем", мотал в верх головой, стараясь выплюнуть грязь и вдохнуть свежего воздуха. Беспрерывный дождь, не мог смыть грязь с лица, а делал ее более жиже. Наконец, мы со Сверчком уперлись в бедро Шипа. Я очень долго снимал веревку со своего запястья и ощупью зацепил ее на ноге Шипа.

– Давай.
– заорал я, расплевывая в стороны грязь и крепко вцепился в Сверчка.

Нога натянулась, заныла и мы поехали по вспаханной канаве назад. Вдруг, меня подбросило и я услыхал звук выстрела. Это Сверчок принял на себя пулю снайпера. Кто- то схватил мою ногу, рванул и я с трупом влетел за кусты. Усевшись под кустом, я стал рукою очищать лицо от грязи, кто- то из ребят сунул мне бинт и это, наконец, позволило открыть глаза.

– Тяните его.

– А уже все.

Ребята хлопотали над телом Шипа.

– Жив.?

– Еще дышит.

Когда я стал более или менее видеть, то вытащил нож и отрезал веревку от ноги. Потом, рукой стал счищать грязь с куртки, кепи и штанов. От проникшей под одежду сырости меня стал бить озноб.

– Ребята, снимите с Шипа куртку, я возьму его на плечо, а Джин и Крафт возьмите Сверчка. Казначей, понесешь мою куртку, оружие и шмотки ребят.

Началась мучительная дорога обратно.

Мы подошли к коттеджу, когда начался рассвет. Подтащив Шипа к первой койке, я свалил его на матрац.

– Кто-нибудь, займитесь раненым.
– обратился я к солдатам, находившимся в доме.

Я вышел на улицу, взял у Казначея куртку и швырнул ее в бочку с водой, которая стояла на углу дома под стоком крыши. Мытье одежды и лица заняло много времени. Наконец, кое- как смыв грязь, я вошел в дом.

В комнате было светло от керосиновой лампы и свечей. У входа в неестественной позе лежал Сверчок. Около Шипа хлопотало два человека, промывая его рану на затылке и очищая всего от грязи. Несколько человек сидело кружком на полу, где по центру были разложены: хлеб, консервы и фляги с вином и водкой.