– Говорили же держаться крепко, – хихикнул самый младший член отряда, тут же получив от соседа звонкую затрещину.

– Заткнись, дурень! Не то по возвращении домой тебя родная мать не узнает.

– Какая сволочь меня пихнула в спину?! – возмутился плечистый малый, с трудом поднявшись на ноги.

– Опомнись! – поспешил унять буяна бородатый толстяк. – Ты сам свалился.

– Вранье! Я точно ощутил удар!

Боясь ненароком стать свидетелем драки, Октавио объехал раскорячившуюся поперек тропинки телегу, высадил галдящих пассажиров, наперебой обсуждающих – кому именно предстоит попасть под горячую руку товарища, и уже собрался снова тронуться в путь, как вдруг позади раздался чей-то тоненький писк:

– Не торопись, приятель! Разве можно отказываться от просмотра столь захватывающего представления?

– Спорить не буду, искушение велико. И я бы с радостью остался поглазеть на ваши разборки. Да только мне необходимо успеть достигнуть подножия первого холма до захода солнца.

– Вы с кем там общаетесь, сеньор? – произнес кто-то хриплым басом, заставив Октавио тотчас обернуться и изумленно повести бровями, поскольку в десяти шагах от повозки стоял щетинистый детина, явно не владеющий даром переводить голос на высокую тональность.

– С тобой, – вырвалось машинально, хотя даже дураку было ясно, что пищали с гораздо более близкого расстояния.

– Так вы останетесь? – переспросил детина за невидимого собеседника.

– Посмотреть на драку?

– Нет. Поужинать.

– Хорошо, задержусь ненадолго.

– Тогда спускайтесь скорее вниз. Сегодня нас ждет жареный ягненок, который на открытом огне готовится очень быстро.

– Ну, подходи по одному! – выкрикнул плечистый малый, лихорадочно замахав кулаками над головой. – Всем зубы повыбиваю! Ха-ха-ха! Жевать нечем будет! И поделом! Нечего со спины подкрадываться, жалкие трусы!

Внезапно его колени подкосились, словно с противоположной стороны по ним ударили наотмашь оглоблей, – и буквально через секунду грузное тело пьянчуги рухнуло обратно в траву, откуда немного погодя послышался громкий храп.

– Все как обычно, – усмехнулся бородатый толстяк, вытащив из телеги составные части вертела. – Подскажите, выпивка у кого-то есть?

– Да, – протянул осушенную на две трети бутылку самый младший член отряда.

– Не мне, дружище. Судя по нервному напряжению, нашему сеньору тоже не мешает расслабиться.

– С чего ты это взял? – начал запинаться Октавио, тщетно пытаясь сохранить самообладание.

– Руки трясутся и глаза бегают, будто вы чем-то напуганы или вас одолели тревожные мысли.

– Ладно, пара глотков не повредит.

– Допивайте бутылку целиком. Нам уже хватит прикладываться.

Спустя полтора часа – одновременно с исчезновением солнца за горизонтом и появлением в небе луны – окраину леса осветили мерцающие огоньки, похожие издалека на свечение светлячков. Несколько ярких из них довольно скоро затерялись меж деревьев, а один тусклый медленно поплыл к холмам, раскачиваясь в такт завываниям ветра – уставшего прятаться от дневного зноя и теперь наверстывающего упущенное со страшной силой. Нетрудно догадаться, что тот огонек был свисающим с хомута лошади фонарем, который любезно предоставили землекопы взамен старого. Помимо этого они снабдили Октавио киркой и лопатой, не став вдаваться в подробности, зачем артисту, чьи гладкие ладони ни разу не покрывались мозолями, понадобились такие необычные предметы.

Поравнявшись с холмом, лошадь почувствовала, как натянулись поводья, и сбавила ход, пройдя по инерции еще немного вперед, пока сбоку не возникла глубокая канава, частично скрытая колючим кустарником.

– Лучшего места не найти, – прошептал себе под нос Октавио, коснувшись ногами каменистой поверхности. – Дна с тропинки совсем не видно, да и вообще туда вряд ли кто-то додумается залезть. Тем более с лопатой.

– Пр-р-р! – кивнула головой лошадь, словно понимая, о чем ей говорят.

– Вот видишь, тебе оно тоже нравится. Значит, на нем свой выбор и остановим.

– Пр-р-р!

– Тише-тише! Вдруг мы тут не одни.

– Пр-р-р!

– Успокойся! Я мигом!

Вскоре могилка была готова. Оставалось взобраться по покатому склону наверх, разыскать средь сваленных в кучу вещей длинноносую куклу, а дальше вернуться с ней назад и закопать, чтобы раз и навсегда избавиться от неприятных воспоминаний. Казалось бы – сущие пустяки, не требующие особых усилий. Но не успел Октавио преодолеть и половину пути, как со стороны повозки донесся до боли знакомый писк:

– Зря стараешься, приятель! Все равно тебе не удастся меня похоронить! Хи-хи-хи!

Сразу вслед за этим послышалось пронзительное ржание лошади, сопровождаемое нервным стуком копыт по камням.

– Если не хочешь идти дальше пешком, советую поторопиться! Ха-ха-ха! – продолжил смеяться невидимый собеседник. – Мое присутствие бесит твою подругу. Того и гляди она пустится отсюда наутек. Только у нее не получится со мной расстаться! Вот глупышка! Повозка-то покатится следом!

Разинув от удивления рот, Октавио стремглав бросился к повозке, вытащил из походной сумки пистолет и, взведя курок, выставил его перед собой.