— Я со своей законной невестой не помню, когда последний раз в кино ходил, — поддержал его Брак, — а ты о каком-то отборе говоришь! И вообще — что за аморальная позиция?

— Позиция моя соответствует курсу партии по увеличению рождаемости в среде операторов! — срезал я оппонента. — Стыдно такие вещи главе дискома не знать!

— Ты ещё и на повышение рождаемости нас кинуть собрался? — опешил Митя. — Без меня!

— Это к Матвею! — хохотнул ассистент Альберта Павловича.

Принесли чай и медовик, я занялся ими и сказал:

— Ближе к делу! Чего позвали?

— Помнишь, мы киноплёнку изъяли? — уточнил Сергей. — Ещё перед самым твоим отъездом разговор был?

— Ну.

— Мы вроде вычислили фотомастерскую, где её сварганили. Куда следует, — парень указал на Митю, — сообщали. А дальше — тишина. Самопальные гипнокоды продолжаем изымать потихоньку, но столь профессиональных больше не попадалось.

— Засветились, думаете?

Митя поморщился.

— Вряд ли, но примелькались — это точно. Хорошо бы тебе там покрутиться.

Я покачал головой.

— Вы же слышали — до мая меня в Новинске не будет!

— Ну и нормально. Приедешь и сходишь. Нам просто твоё мнение интересно.

— Нашли специалиста! — Я развёл руками. — Нет, мне не сложно — схожу. Но вам-то что насчёт фотомастерской ответили?

— Подозрительной активности не зафиксировано, — явно по памяти процитировал Митя. — Так мы на тебя рассчитываем?

— Должны будете.

Жёлудь надулся, а Брак легкомысленно махнул рукой.

— Сочтёмся!

«За язык тебя никто не тянул», — мысленно усмехнулся я, доел медовик, допил чай и отправился восвояси.

Во вторник погонять на мотоцикле не получилось, и на следующий день я даже засомневался немного, стоит ли ехать на нём или поискать попутный транспорт. Но именно что — немного.

При наличии собственного мотоцикла трястись в автобусе или кузове полуторки?

Да вот ещё!

Быстро собрался, прихватив с собой не только табельные ТТ и автомат, но и оба револьвера, облачился в кожаный плащ и вывел из сарая железного коня.

Эх, прокачусь!

Но по городским улочкам я гнать конечно же не стал, более того — ехал медленно и аккуратно. Движок же не ревёт, так мало ли какой ротозей под колёса кинется? Отвечай за него потом. Потенциал-то не набран, моментально остановиться не получится.

На контрольно-пропускном пункте я честь по чести отметился у дежурного, и тот передал информацию о мотоциклисте не только всем постам и мобильным группам, но на всякий случай ещё и сопровождающим колонны патрулям.

Всё! Можно ехать!

Я нахлобучил на голову танковый шлем, надел мотоциклетные очки, обратился к сверхсиле и запитал движок в двадцать пять лошадиных сил. Ходу!

Мотоцикл стремительно набрал скорость, и я вмиг оставил позади выехавший незадолго до меня на трассу грузовик, потом обогнал автоколонну, во главе которой пылил броневик и ушёл в сторону, легко разминувшись со встречным автобусом. Потянулся памятный подъём, и лихачить я не стал, заранее притормозил, дабы оглядеть дорогу с вершины холма. Там — никого.

А-ха! Погнали!

Загудел ветер, я пригнулся и помчался вниз, всё набирая и набирая скорость, стремясь как можно сильнее увести стрелку спидометра вправо, но после ночного дождя дорога толком не просохла, на ста двадцати километрах в час меня чуть занесло, и пришлось замедляться. А дальше я так уже не разгонялся.

На Кордон прикатил усталым, довольным и мокрым как мышь. В дороге обошлось без происшествий, и прибыл я на место за час до встречи со Звонарём, поэтому успел заселиться в общежитие, принять душ и переодеться. Заодно прополоскал рот, а то пыль на зубах так и скрипела. Автомат и ТТ сдал в оружейную комнату, мотоцикл оставил на заднем дворе, решив пройтись пешком, благо тут до госпиталя было рукой подать.

Макара Демидовича на месте застать не получилось, и конопатая Нюра проводила меня в особый отдел, где и предстояло работать с медкартами и личными делами претендентов. Предварительный отсев уже провели, но людей отобрали в пять раз больше требуемого, дабы я имел возможность самолично определить тех, с кем возьмусь работать.

Я засучил рукава и со всем рвением начал вникать в медицинские описания, но очень скоро понял, что впустую трачу на это своё время. Занимались оценкой кандидатов специалисты высочайшего класса, мне теперь на людей вживую смотреть надо, иначе толку не будет.