— Секунду! — попросил я и ткнул опера кулаком под дых.

Ткнул вроде бы несильно, но тот аж надвое сложился.

— Не усложняйте нам работу, товарищ! — попросил меня прапорщик ВОХР.

— Больше не повторится, — пообещал я. — Уведите!

Ключника погрузили в другой автобус, а дальше всё превратилось в самую настоящую рутину. Списки, лица, фамилии, документы, редкие сложности с идентификацией. Отклонился я от процедуры только раз, когда ко мне подвели замначальника секции-пятнадцать.

— Вы здесь зачем, Степан Александрович? — искренне удивился я. — Вам не сюда, отойдите пока в сторонку.

— Сразу в расход? — усмехнулся Грин, на скуле которого наливался синевой приличных размеров фингал.

— А работать за вас кто будет? Сколько в производстве дел? Немало ведь? Вам сейчас допуск в рабочие помещения обеспечат, оповестите своих, что для них ничего не меняется.

Ну — для всех, кроме одного.

— Да и большинство сотрудников других подразделений на службе останется, — продолжил мою мысль подошедший Георгий Иванович. — Вы не подумайте, будто мы перестраховываемся, нам просто контрреволюционную заразу сразу и до конца выжечь надо. Идёмте-идёмте! — Городец потянул замначальника секции-пятнадцать в сторону, но сразу обернулся и предупредил: — Линь, как тут закончите, найди меня. Новое задание будет.

Новым заданием оказалось сопровождение следственной бригады особой инспекции ВОХР. Комбинезоны менять не пришлось, мы лишь нашили на них шевроны с символикой ОНКОР. Ещё скрутили глушители с табельных револьверов и ППС, да получили ключи от служебной легковушки — вот и вся подготовка к выезду.

— Кормить-то нас будут? — с недовольным видом пробурчал Иван Кол. — С утра ж маковой росинки во рту не было!

Я только руками развёл, а капитан ВОХР пообещал:

— Перекусите в какой-нибудь столовой. Главное — на адрес зайти, а там вы нам без надобности.

Алик, Ваня и Глеб воодушевились, мы с Унтером обменялись скептическими улыбками. Как говорится, свежо предание, да верится с трудом.

— Что вообще в городе творится? — уточнил я. — К чему готовиться?

Капитан внимательно оглядел нас и рассмеялся.

— Да вам вообще ни к чему готовиться не надо! Сразу видно, ко всему готовы!

— А если серьёзно?

— Если серьёзно, то все очаги сопротивления уже подавлены. Черник арестован, обер-полицмейстер убит при задержании. Большинство рядового и младшего начальствующего состава полицейского управления поддержало партийное руководство. Товарищ Баюн в своём радиообращении призвал общественность дать жёсткий отпор провокаторам и реакционерам. Повсеместно проходят манифестации в поддержку курса партии.

Новости откровенно порадовали, но я всё же уточнил:

— А что армия?

— Армейские подразделения расположений не покидали. С этой стороны проблем ждать не стоит.

Я кивнул, заподозрив, что председатель соврескома решил разобраться с заговором в РКВД исключительно собственными силами отнюдь не только лишь из соображений секретности. Как бы сегодня из числа республиканских кормчих выбыл не только Черник, но и Рогач. В отставку его, само собой, не отправят, но какой-то части влияния маршал, думаю, лишится.

Капитан огляделся и велел подчинённым забираться в машину, я уточнил у него:

— Куда едем?

Адрес оказался мне прекрасно знаком: в этом самом доме выделили квартиру Василю и Машке, да и помимо них там жил много кто из сотрудников РКВД.

Автомобиль со следственной бригадой первым выехал за ворота, мы покатили следом, причём я за руль садиться не стал, велев крутить баранку Глебу.

— Андрей Мартынович, ты за старшего, — предупредил я Унтера. — Мне отлучиться надо. Возникнут вопросы — скажете, что обедаю.

— Ждать на месте или откуда-то подхватить?

— Да вы там долго провозитесь, точно успею обернуться, — сказал я и принялся следить за дорогой, дабы в нужный момент попросить Глеба притормозить, но в этом не возникло нужды.

Несмотря на рабочее время, узенькие улочки исторической части города оказались запружены народом, машины по ним еле ползли, и клаксон головного автомобиля гудел, не переставая. В какой-то момент я просто приоткрыл дверцу и шагнул на мостовую. Куда-то в сторону набережной шествовала колонна с транспарантами, что-то обсуждали у продуктового магазина горожане старшего возраста, размахивал флажками на перекрёстке взмыленный регулировщик. Его потуги повлиять на уличное движение успеха не имели.

На меня начали оборачиваться, я беззвучно ругнулся и поспешил по тротуару. Придержав рукой свисавший с плеча ППС, зашёл в кафе «У Фонарного моста», и официантка, ойкнув, уронила на пол поднос с грязной посудой. Звон стекла немедленно привлёк ко мне внимание немногочисленных посетителей, ничего не оставалось кроме как объявить:

— Чай и фирменный десерт!

После я прошёлся по залу, к своему немалому облегчению углядел в дальнем углу Василя и уселся напротив бывшего сокурсника. Положил ППС на соседний стул, убрал ранец с боекомплектом под ноги и протянул руку. Василь миг промешкал, но всё же на рукопожатие ответил.